К примеру, каким образом его мачеха получила этот ключ? Отчего ее память не хранит ни момент получения, ни момент передачи ключа?
Мысли о мачехе разозлили его еще больше. Первое, что сделал Лейнард, когда, очнувшись ему сообщили о гибели отца, невзирая на свое крайне жалкое состояние, он отправился к леди Изельде и выпотрошил ее память. И тот факт, что после его грубых манипуляций женщина утратила разум, его совершенно не беспокоил, наоборот, он считал, что Изельда слишком легко отделалась.
Да, он сохранил ей жизнь, пусть жизнью ее состояние сложно назвать, ее едва научили пользоваться столовыми приборами и не ходить под себя, однако если бы не Адарлейн, полетела ее голова с плеч также, как и половины из ее рода.
Если говорить о рейтинге родов, то он значительно изменился за эти три года. Большинство перестановок все же было у светлых и темных, стихийников это коснулось в меньшей степени.
Интересно, обрадуется ли леди Марина, узнав, что род Аргхарай занимает третье место?
Впрочем, какой толк от рейтинга, когда девушка пожертвовала значительно большим? Три года жизни… Ее оплакал род, оплакали друзья, разве леди Равьела до последнего отказывалась верить в гибель дочери, да только с рождением Маршелла, ее непоколебимость дала трещину.
Толку от успеха рода, если сама Марина застыла на месте? Он помнил, что девушка стремилась сохранить свою команду и на первой ступени обучения, теперь же неизвестно какие последствия будут у ее организма после всех травм.
Да и захочет ли Марина продолжать обучение? Какой стала леди за эти три года? Вспоминала ли его? Лейнард зажмурился от яркого света, который излучала фигурка девушки. На миг он устыдился своего эгоистичного порыва.
К тому же Лейнарду было стыдно за то, что все виновные не найдены. Отчасти потому, что до конца сам лорд тан Даррак восстановился относительно недавно и подключился к расследованию значительно позже остальных, отчасти потому, что Совет предпочитал довольствоваться самым простым объяснением: вина лежит на плечах леди Аэльи тер Глоуддак и ее глупой мечте сделать легенду былью.