Юля бросила взгляд на часы – ого, ничего себе! В половине восьмого – и дома, чудеса. Как будто специально, как будто знал, что она начнет разговор. Ей была нужна правда."
"Вряд ли Кружняк соврал. Информация убийственная, но ее легко проверить. Скинув туфли и бросив на кровать пиджак, Юля посмотрела в зеркало: бледная, глазищи вполлица, волосы разметались по плечам – буйные кудри, предмет зависти окружающих и ее вечная головная боль.
И тут она вспомнила про фотографии. Вторая «новость» перекрыла первую. Смешно… А если вдуматься, первая новость куда важнее, чем вторая! Ее настоящий отец жив и проживает в Париже.
Юля прошла в спальню, села на кровать. Что делать? Сказать ему сейчас, да, прямо сейчас, не тянуть и не мучиться, сказать и погнать поганой метлой.
И все-таки им было неплохо вместе, совсем неплохо. Тихие семейные вечера, редкие, но приятные. Совместный отдых, путешествия по миру. Им не надо было занимать себя пустыми разговорами, им и молчать было прекрасно. Они всегда ладили. Ну да, старые, проверенные друзья, от которых не ждешь подлости и предательства. Не ждешь, а вот оно, предательство.
Не раздеваясь, она прилегла на кровать, поджала ноги, свернулась клубком. Больше всего ей хотелось исчезнуть с планеты Земля. Перед глазами плыла дорога, ровное и гладкое, как зеркало, шоссе – автобан, как называют его немцы. Юля пьет кофе, хрустит печеньем, на лобовом стекле бликует солнце, и тихо поет Азнавур.
У мужа красивый, мужественный профиль, Юля смотрит на него и понимает, что он ей нравится.