— Держитесь, леди Грэйд, — зло произнес его высочество, которого я вопреки страху перед падением, не смогла обнять, и мы понеслись сквозь начавшийся дождь.
А внизу, гораздо громче, чем гремевший время от времени гром усилившейся грозы, что-то громыхало и взрывалось, и это вынуждало вздрагивать каждый раз, в страхе за Дэсмонда, которого я как ни пыталась, не смогла увидеть.
— Прекратите, Ариэлла, — прикрикнул на меня принц, — Дэсу есть за что сражаться, он справится.
И после этих слов я поняла то, о чем уже начала догадываться — там, внизу, идет бой.
— Прошу вас — без истерик, слез и требований вернуться за вашим возлюбленным, без которого вы не мыслите жизни, — холодно и вместе с тем с издевкой, потребовал его высочество.
Прекратив молиться, а делала я это практически не осознанно, распахнула глаза и потрясенно посмотрела на принца.
— Вас что конкретно удивило в моих словах? То, что я к дьяволу туда не вернусь, или слова о вашей безмерной любви к супругу?
Порыв ветра едва не снес нас, а шумевший вокруг дождь в любом случае не позволил бы мне быть услышанной и потому я промолчала.
— Да бросьте, леди оттон Грэйд, никакая клятва не позволила бы вам выдержать и не сломаться от всех тех перспектив, что гарантировали монашки в случае неподчинения. Ко всему прочему у Дэса мерзкий характер, терпеть его будет только любящая, очень любящая женщина. Но, пожалуй, я дам вам один совет — ни в коем случае не признавайтесь Дэсмонду.
И едва договорив принц Теодор рухнул вниз. Я с трудом удержалась от крика, сжавшись и зажмурив глаза, но вскоре последовал толчок, едва маг опустился, затем раздался его голос:
— Помогите леди Грэйд.
Кто-то забрал меня у его высочества, затем поставили на ноги, и, придерживая, увели с крыши. Оглянувшись, в свете сверкнувшей молнии, увидела, как принц вновь взмывает вверх, подставив лицо струям дождя.
Чувство глубокой признательности к его высочеству наполнило сердце уверенностью, что такой человек не может быть тираном, из прихоти развязывающим войны.
— Идемте, леди Грэйд, — придерживая меня, произнес все тот же мужчина в годах, — вы промокли, в доме разожжен камин.
— Благодарю вас, — дрожа на ветру, пробормотала я, не делая даже попытки шагнуть с крыши в темень оконного проема.