— Просто обнимете меня, я подниму сам, - предупредил лорд Грэйд, останавливаясь перед лестницей.
— Прошу прощения, - я высвободила ладонь из его цепких пальцев, - однако не вижу сложности в том, чтобы самостоятельно подняться, - произнесла, не глядя на герцога.
— Леди Уоторби! - ярость промелькнула отчетливо.
Я не взглянула на него. Присобрав край юбки, решительно шагнула вперед, и была остановлена герцогом. Ему было не сложно, физическое превосходство, несомненно находилось на его стороне, но если, обняв меня, лорд надеялся что-то изменить - его надеждам не суждено было сбыться.
— Лорд оттон Грэйд, я действительно в состоянии взобраться самостоятельно, - решительно напомнила.
В следующее мгновение объятие герцога стало куда как крепче, а затем поднялся ветер, и в небе, совершенно безоблачном, прогрохотал гром, практически рядом с нами ударила молния… в ту же секунду мы взлетели вверх."
"До самого борта ‘Ревущего’, и выше, пока герцог не ухватился за канат. Рывок, и мы соскользнули на палубу… И отпустив меня, лорд оттон Грэйд вдруг упал на одно колено, тяжело и хрипло дыша.
— Лорд оттон Грэйд, - выдохнула испуганно я.
— Леди Уоторби, я попросил бы вас проследовать в каюту, - голос герцога был хриплым, срывающимся. - Джереми!
Адъютант, судя по нашивкам на мундире, незамедлительно подошел к нам, учтиво поклонился, выпрямившись, указал рукой направление и выжидательно посмотрел на меня.
— Лорд оттон Грэйд, на корабле имеется лекарь? - встревожено спросила я.
Знала бы, что в ответ услышу! Потому как герцог вдруг вскочил, и заорал на меня:
— Да ступайте же в каюту вы, растрепанное чудовище с монастырским воспитанием и максималистским отношением к себе и окружающим!
Я опешила, в смятении глядя на герцога, чей лоб был влажен от пота, а тело дрожало от перенапряжения.
— Лорд оттон Грейд, - выдохнула возмущенно, - я попросила бы вас не повышать голос, при разговоре с леди. Я вполне могла бы подняться самостоятельно, о чем недвусмысленно сообщила вашей светлости и… и если вы не услышали, это исключительно ваше упущение… и…
— Во имя всех богов, леди! - взревел герцог. - Я слышал каждое ваше слово.