Ричи вскочил:
– Я слышал тебя, Денбро. Тебе лучше оставить меня в покое, а не то я натравлю на тебя Стога.
– Лу-учшая т-твоя ча-асть с-скатилась по но-оге т-твоего о-отца.
– Это правда, – кивнул Ричи, – но посмотрите, как много хорошего осталось. Привет, Стог. Ричи Тозиер зовусь, Голоса творить берусь. – Он протянул руку. Бен, полностью сбитый с толку, потянулся к ней, но Ричи руку тут же отдернул. Бен насупился, и Ричи, сжалившись, пожал ему руку.
– Я – Бен Хэнском. На случай, если тебе интересно.
– Видел тебя в школе.
– Говори за себя, Ричи, – фыркнул Эдди.
– Ой… ты хочешь сказать, что идея твоя? Господи Иисусе, я извиняюсь. – Он пал ниц перед Эдди и вновь принялся истово отбивать поклоны.
– Встань, прекрати, не забрасывай меня грязью! – закричал Эдди.
Ричи снова вскочил и ущипнул Эдди за щеку.
– Ути-пути-пути! – воскликнул Ричи.
– Прекрати, я это ненавижу!
– Не крути, Эдс… кто построил плотину?
– Б-Б-Бен по-оказал н-нам к-как.
– Здорово. – Ричи повернулся и увидел, что Стэнли Урис, сунув руки в карманы, спокойно наблюдает за представлением, устроенным Ричи. – А это Стэн Супермен Урис, – сообщил Ричи Бену. – Стэн – еврей. Он также убил Христа. Так, во всяком случае, однажды сказал мне Виктор Крисс. С тех пор я дружу с Урисом. Исхожу из того, что он может покупать нам пиво, раз уж он такой старый. Точно, Стэн?
– Я думаю, это все-таки сделал мой отец, – ответил Стэн низким приятным голосом, и, конечно же, все рассмеялись, включая Бена.
"– Классный прикол! – кричал Ричи, вышагивая вокруг с вскинутыми над головой руками, будто футбольный судья, засвидетельствовавший взятие ворот. – Стэн Супермен выдает классный прикол! Величайший момент в истории! Гип-гип-УРА!
– Привет, – поздоровался Стэнли с Беном, казалось, не обращая на Ричи никакого внимания.
– Привет, – ответил Бен.
– …который никогда ничего не говорил, – с улыбкой закончил Стэн.
– Точно.
– Стэн не скажет «говно», даже если набьет им рот, – указал Ричи. – Что он часто и делает, гип-гип-УРА!
– За-аткнись, Ричи, – предложил Билл.
– Хорошо, но напоследок должен сказать вам еще кое-что, хотя мне страшно не хочется. По-моему, вы теряете плотину. Долину затопит, други мои. Давайте спасать первыми детей и женщин.