Мистер Пачино – очень милый человек, такой понимающий. – Он никогда в жизни не возил Пачино по городу, но исходил из того, что теория вероятности по крайней мере на стороне его лжи: в отличие от популярного мифа, согласно которому большинство звезд говнюки – Эдди на собственном опыте убедился, что это не так.
Встречались, конечно, исключения из этого правила, и в большинстве случаев эти исключения были настоящими чудовищами. Он очень надеялся, что Майре повезет и Пачино таковым не окажется.
– Правда? – смиренно спросила Майра.
– Да. Правда.
– Откуда ты знаешь?
– Деметриос возил его два или три раза, когда работал в «Манхэттен лимузин», – без запинки солгал Эдди. – Он говорил, что мистер Пачино всегда давал на чай, не меньше пятидесяти долларов.
– Я не против, если он даст мне и пятьдесят центов, лишь бы не кричал на меня.
– Майра, это так же просто, как раз-два-три. Первое, ты забираешь его у отеля «Сент-Реджис» в семь вечера и везешь в «Эй-би-си-билдинг». Они перезаписывают последнее действие пьесы, в которой играет Пачино.
– Это все?
– Это все. Ты с этим справишься, даже стоя на голове, Марти.
Она обычно смеялась, когда он называл ее этим ласковым именем, но теперь только смотрела с детской серьезностью:
– А если он захочет поехать куда-то на обед, вместо того чтобы возвращаться в отель? Или выпить? Или потанцевать?
– Я не думаю, что захочет, но, если выразит такое желание, ты его отвезешь.
Не рассмеялась она и на ап-солютно.
Он откашлялся и наклонился вперед, уперев локти в колени. Тут же призрак матери зашептал: «Не сиди так, Эдди. Это неудобная поза, у тебя сдавливаются легкие. У тебя такие слабые легкие».
Он вновь выпрямился, не вставая со стула, подавшись назад, едва заметив, что делает.
– Пусть это будет единственный раз, когда мне придется сесть за руль.