Интересно, почему не на берегу?
К Яну уже подошел начальник всего этого хозяйства, ну или замначальника как минимум. Очень уж важный вид, упитанные щеки и чистая белая одежда. Был бы пролетарием, выглядел бы попроще, я полагаю. Да и с чего бы пролетарий к нам подходил? Прислушиваюсь к разговору.
– …все готово, господин подполковник! Кстати, разрешите от всего сердца поздравить вас с…
Аж лучится радостью. Был бы хвост виден из-под одежды – наверняка вилял бы. Хотя, может, он правда рад, кто его знает? Вдруг они и вовсе кореша с Яном, хе-хе.
Мужик и правда оказывается хозяином… э-э… охотхозяйства, так, наверное, правильно будет назвать. Вполне толковый, кстати – вокруг чисто и аккуратно, все работает, нет той печати упадка и разрушения, которая почти неизбежно возникает на любом объекте, переданном в управление черным. Впрочем, причина тоже выясняется довольно быстро – Маки, как его зовут, афрофранцуз в третьем поколении, родился в Лионе. Видимо, не все из них только на пособии сидят, кто-то и работать научился.
Нас, включая Яна и меня, прилетело восемь человек, домиков на базе ровно дюжина, так что каждому достается отдельный. Так, что у нас тут… Кровать под неизменным противомоскитным балдахином, стол, пара стульев, шкаф… о, даже душ есть за камышовой занавеской! Ну надо же, и правда цивилизация. Дом, кстати, построен правильно – несмотря на изнуряющее пекло снаружи, внутри вполне терпимо, свитая из стеблей тростника крыша поддерживает постоянный сквозняк.
Едва я успел распаковать рюкзак и переложить пожитки в шкаф – у порога раздается деликатный стук.
"Машины для выезда в саванну представляют собой старые «Дефендеры», над которыми прилично потрудились местные умельцы. Ну или не местные (не из Нигера в смысле), слишком хорошо сделано для них, но какие-то точно потрудились.