Сидели в том самом ресторане, куда он водил меня несколько раз и с которым у меня были связаны самые теплые воспоминания.
Не веря своим глазам, я снова и снова открывала запись, на которой уже не мой Тигр обнимал улыбающуюся блондиночку.
Это было сегодня. Буквально час назад.
То есть, пока я на стену лезла от волнения за него, от переживаний, что он пострадал… Из-за меня! Из-за меня в том числе, потому что не совсем же я тупая, чтоб не сложить два и два, и не понять причинно-следственную связь между фотками меня с Сашкой и Сашкиной травмой…
Пока я переживала, этот гад… Эта сволочь… Этот изменщик… Он развлекался с очередной бабой! В нашем с ним рестике!
Я в этот момент находилась в комнате не одна, и только это позволило сдержать лицо.
Вася рядышком читала книгу, готовясь к занятиям, а я сидела, бессмысленно глядя в окно на темный пустой двор, и пыталась принять новую реальность.
Новую.
Совсем новую.
В очередной раз осознать, что Тигр — вообще не тот парень, который мне нужен.
И надо про него забыть уже. И не беспокоиться.
Потому что он — забыл и не беспокоится.
Поймал меня, возбужденный увиденным фото, трахнул, словно сучку, слов наговорил в диком гоне своем…
А потом тупо свалил по делам.
И у меня теперь море сомнений, что он вообще Сашку трогал.
Может, Сашка — реально дурак и свалился сам с лестницы? А Тигран рядом проходил? Все возможно.
А возможно, что и наказал Тигран Сашку за то, что тот трогал меня. А я — собственность Тиграна.
Шовинист проклятый.
Неандерталец.
Ну, а все остальное, исчезновение Тиграна, его друзей, может вообще быть никак не связанным с произошедшим. Мало ли, по какой причине пропадают с орбиты спортсмены? Может, соревнования у них или еще что. Камня, вон, Васькиного уже три недели скоро нет в городе. На сборах каких-то.
Вероятно, и Тигран так же уезжал.
И вот, вернулся…
И сразу окунулся в прежний ритм жизни.
Так что пофиг на Тиграна! Все. Закрыли.
Мой аутотренинг прервался звонком, Вася, вздохнув, попыталась игнорировать, но телефон звонил снова и снова.
Васькина мать умела быть настойчивой. А еще у меня складывалось все более острое ощущение, что у нее сто процентов не все дома.