Трактирщица (СИ)

Репутация в нашем деле - самый дорогой ресурс.

— И самый необходимый, — я улыбнулась и пересела за столик незнакомца. — Дело в том, что у меня всего триста золотых, но я очень хочу вам помочь и заодно получить интересный экземпляр.

— Забирайте три, — просиял купец, но я была вынуждена поумерить его радость.

— Я очень заинтересована в том, чтобы эта покупка была эксклюзивной, понимаете?

— Вы хотите забрать все пять семян за триста золотых?

— Да. Все пять семян и все ваши ткани за триста золотых.

Это было бы наглостью, если бы я точно не знала, что все купцы абсолютно всегда поднимают цену в два раза в расчёте на торг.

Так и вышло. Торговец упирался исключительно для вида, причитал про голодных детей, жену, которая его запилит, долги в родном королевстве. Но делал это без огонька и особого стремления в действительности сбить цену.

Сошлись на трех сотнях за весь товар и доставку к моему участку. Я же вернулась в комнату, достала чистую тетрадь и начала вести собственный дневник будущего миллионера.

Планировала с большим энтузиазмом, пока прописывая только идею. Набросала карту, прикинула, будет ли моя задумка прибыльной и пришла к выводу, что удача все-таки повернулась ко мне лицом, пусть сначала и пришлось полюбоваться на её симпатичный тыл.

На следующей странице быстрым, а потому немного корявым почерком составила список задач:

""1. Заказать мебель;

2. Вырастить дом;

3. Построить хозяйственные постройки;

4. Закупить утварь;

5. Договориться о поставках продуктов;

6.

Зарегистрировать таверну/трактир/постоялый двор (изучить законодательство, выяснить, что выгоднее);

7. Нанять работников: служанка, подавальщица, стряпуха, конюх, дворник… ""

Оставила свободное место, чтобы можно было продолжить список и, радостно улыбнувшись близкому счастливому будущему, легла спать. На свою вотчину я собиралась ехать послезавтра вечером, вместе с купцом, полупьяная болтовня которого подарила мне надежду на светлое будущее."

"Спала как младенец. Настолько сладко мне не спалось с самой отцовской смерти.

Пережила я её действительно тяжело, пусть старик и не был лучшим родителем. Папа долгое время оставался единственным родным человеком, пока не появился Виктор. Братец и его маман казались добрыми и честными людьми. До первой пропажи из маминого сундука с приданым. Пришлось воровать любимые материнские серьги обратно, устраивать отцу скандал, который позволил мне получить исключительное право на украшения ещё до совершеннолетия.