А ещё пойма себя на мысли, что, несмотря на всю ситуацию, мне нравится, что я оказалась ведомой. Вот так… за широкой мужской спиной. В этом всё же что-то есть.
Мы вошли в дом, и я поморщилась. В комнатах было накурено и кальяном пахло.
Кто-то пытался танцевать, дергаясь под клубную музыку, кто-то исполнял под эти же звуки медляк, кто-то пил, кто-то целовался. Одним словом, каждый из присутствующих был занят своим делом."
"Мы начали пробираться к лестнице. Макс шел, расталкивая народ плечами. Как ледокол, честное слово.
Господи, как же хорошо, когда кто-то рядом… когда кто-то решает проблемы… помогает…
Мы поднялись по лестнице.
– Где она может быть?
– Понятия не имею.
– Тогда стучись в каждую дверь.
Вторая из них оказалась спальней.
И именно там я обнаружила плачущую Леську.
Перед ней на корточках сидел парень и что-то тихо говорил.
– Леська! Какого черта ты не берешь трубу? – набросилась я на подругу, подлетая к ней и вставая рядом с предполагаемым Игорьком.
Я готова была грудью защитить свою подругу. Выглядела она не важно. Волосы растрепаны. На платье следы пролитого напитка. По лицу размазана косметика.
Та посмотрела на меня затуманенным взором, и тут я не удержалась и громко выругалась матом.
– А ты кто ещё такая? – Игорёк медленно поднялся и впился в меня злым взглядом.
Но мне было не до него.
Моя подруга была пьяной. И это слабо сказано.
Блин…
И что теперь делать?
– Эй, Леська, ты слышишь меня? Идти можешь?
– А кто тебе позволит её увезти, хотелось бы знать?
– Я.
Одно слово, произведшее эффект разорвавшейся бомбы.
Игорь перевел взгляд на Максима, спокойно стоявшего в дверном проеме. Вся его поза говорила о ленности, но как же она была обманчива.
И я снова мысленно поблагодарила Макса. Потому что этот самый Игорек заметно притих. По всему, он относился к числу тех вояк, которые способны воевать только с женским полом, а при реальном столкновении с мужской силой предпочитали держаться подальше.
Я схватила Леську за плечи и хорошенько встряхнула.
– Эй! Ты меня слышишь?!
Ей кое-как удалось сфокусировать на мне взгляд. Ничего осознанного он не выражал. Я порадовалась, что она сообразила позвонить мне раньше, чем дошла вот до такой кондиции…
– Леська, вот ты набралась… – простонала я. – Сдурела что ли… И что мне теперь с тобой делать, черт возьми?
– Я… Юль. ка… – она громко икнула.
Я поморщилась.
– Нечего тут думать. Ищи её одежду, забираем, и увозим её отсюда.