Девочка снова приникла к замочной скважине и сообщила:
— Мы в Пурпурном дворце! Может быть, это самое интересное место на свете. Самое интересное место, которое я увижу в своей жизни! Хоть одним глазком посмотреть.
— Пока мы сюда шли, не насмотрелась? — фыркнул парень. — Прекрати мельтешить. Тебя взяли на ответственную миссию, веди себя как положено.
Марта повернулась к нему и проникновенно сказала:
— Чейн, ты скучный тип. Я бы хотела увидеть императора. Интересно, как там Анна и дядя Вест? Они такие красивые сегодня.
— Это мне тоже интересно, — посерьезнел он. — Но наша задача — приглядывать за байлангами. И поменьше болтать.
Он выразительно покосился в другой конец коридора, где поселили байлангов Правителей. Двое мужчин с невыразительными лицами устроились там же. Марта их терпеть не могла, и они отвечали девочке той же монетой. Поэтому с чистой совестью убрались подальше, предоставляя Чейну возможность присматривать за главной проблемой дворца.
Тут внимание Марты привлекли шорохи. Они доносились из загона Стужи и Свейта.
Девочка подошла к двери, в которую продолжал настойчиво скрестись Свейт, и пробормотала:
— Тише, тише, все хорошо.
Но пес только снова зарычал, а Стужа заскулила, так проникновенно, что сердце сжалось. Марта повернулась к Чейну и спросила:
— Что с ними?
Парень оглянулся и быстро приблизился к ней.
— Свейт передал Ингольфу, что Анна зовет их. Говорит, будто стража не трогает байлангов, и он сможет отправиться к ней.
Пес потряс ворота, словно подтверждая его слова, а Марта встала на цыпочки и прошептала Чейну на ухо:
— Так давай выпустим их!
— Спятила? — изумился он. — Как? Тут охраны…
— Раз Анна зовет, значит, его не тронут, — пожала плечами Марта. — Ты можешь использовать свои клинки.
— Нам не позволят…
Чейн выразительно покосился на тех стражей, что пришли с кронгерцогом Найгаардом. Глаза Марты тут же загорелись.
— Этих я беру на себя, — уверенно сказала она. — Как только начнется фейерверк, выпускай их.
Парень думал недолго.
— Хорошо, — бросил он. — Будем портить собственность императора. Надеюсь, нам за это голову не открутят. Или хотя бы начнут откручивать не сразу, чтобы куратор Ааберг успел нас спасти.