— Слюни подбери, — в голосе столько холода, что мужчина поежился, но тут же взял себя в руки.
— Макс, — он тяжело вздохнул. — Подумай еще раз, надо ли тебе это. Размолотит, не заметишь.
— Это мы еще посмотрим, — дал понять, что разговор окончен."
"— Ну как знаешь, — Семен Михайлович протянул мне руку, но я ее проигнорировал. — Как знаешь, — повторил он и широким шагом покинул мою палату.
Дотянулся до тумбочки, достал из верхнего ящика пачку сигарет и зажигалку, закурил прямо в постели, чтобы хоть немного успокоить взведенные нервы.
Моя малышка упорно молчит после прошлой ночи, но она вернулась и это уже успокаивает.
— Кто это был? — решилась спорить, когда я затушил сигарету в стакане с водой.
Черный пепел некрасиво расплылся по всей кружке.
— Ну что ты делаешь?! — ругается она и забирает стакан.
Молча наблюдаю, как девушка его моет, как наливает мне чистой питьевой воды из кулера и ставит на тумбочку. Отвык от того, что кто-то может обо мне вот так заботиться.
— Где ты была? — встречный вопрос.
Малышке совершенно не обязательно вникать в мои терки с Карповым. Ксюша вздрагивает, когда касаюсь ее руки и тяну на себя. Сопротивляется, упираясь ногами в пол.
Отпускаю и жду ответа.
— Домой ездила. Помнишь? У меня есть своя жизнь, мама…
— Твоя жизнь теперь рядом со мной, — говорю совершенно серьезно.
Ксю молчит.
— Познакомишь меня с мамой? — понимая, что для нее это важно, решил быть лапочкой. — Я буду милым, обещаю.
Она рассмеялась. Чисто, звонко, весело и совершенно искренне, не оставляя мне шансов далее быть серьезным.
— Макс, ты не умеешь быть милым. Это вообще не твое. И что мы ей скажем?
— Правду. Что ты переезжаешь ко мне.
Она мнется, но все же спрашивает:
— Вот так просто?
— Да, детка. А зачем усложнять? Дрейк, вон, вообще женится, — усмехаюсь. — Твоя подруга будет в надежных руках и больше не нуждается в постоянной опеке. О ней есть кому позаботиться, а ты… Ты теперь вся моя. Целиком, — тяну ее за руку на себя, она укладывается на плечо, забираясь на кровать с ногами.