Варька

Почему ей не попалось ни одного жилья? Ни одной консервной банки? Почему она не услышала ни одного выстрела, хотя время для охотничьего сезона было самое то? Гнусные мысли лезли к Варьке в голову все чаще и чаще, но она от них отмахивалась.

Наконец Варька разглядела сквозь заросли кустарника какую-то темную фигуру. Монахиня! Ну, хоть один живой человек! Наверное, из недавно отстроенной в Вершаевке церкви. Хотя какая Вершаевка после двух часов пути? Наверняка уже другая тутуновка. Варька подошла ближе и поздоровалась.

Монахиня обернулась, завизжала, выронила ведро и принялась креститься. Варька добросовестно оглядела себя с головы до ног. Джинсы, футболка, кроссовки… Ну и что эту монахиню напугало так? Может, нарисованные на футболке «Кэннибал Корпс»? Ну черепушки, ну могилки, ну море крови, но визжать-то зачем? Монахиня закатила глаза, и Варька начала злиться. Может, конечно, она и не одета так, как это следует девушке с точки зрения монахини, но не до такой же степени, чтобы истерики устраивать!

– Простите, пожалуйста, – со всевозможной вежливостью, стараясь не выдать своего раздражения, спросила Варька, – я заблудилась.

Вы не подскажете, как мне отсюда выйти на ближайшую остановку?

Монахиня вытаращила глаза, еще раз перекрестилась и, подхватив подол, со скоростью транссибирского экспресса понеслась, ломая кусты, в неизвестном направлении."

"– Ну это ты фиг угадала, – хмыкнула Варька и последовала за ней. Вообще-то Варька со спортом не очень дружила, и поэтому минут через десять – пятнадцать ей искренне поплохело, но тут монахиня тоже начала сдавать.

Во всяком случае, она остановилась отдышаться, и Варька с удовольствием последовала ее примеру. Какой-то внутренний голос говорил ей, что не надо себя обнаруживать. А то эта ненормальная святоша вообразит, что она – это буквально Иван Сусанин, и заведет Варьку непонятно куда. Однако монахине было не до этого. Она отдышалась, осторожно огляделась и, не увидев ничего подозрительного, отправилась мирно дальше. Варька последовала за ней, стараясь двигаться как можно тише. Получалась это у нее не очень, но монахиня на посторонние шорохи внимания не обращала. То ли не смотрела шпионских боевиков, а то ли была попросту глуховата.

Варька забавлялась преследованием до тех пор, пока не вышла на открытую местность и не окинула взглядом окружающий пейзаж. Вот тут-то ей стало плохо по-настоящему.

Перед ней стоял замок.