Уж молодежь - и та старается из периферии в крупные города уехать. Понятное дело, что там больше возможностей, но и жизнь легче, удобнее. А тут две одинокие женщины с кучей болячек.
— Работа - это не страшно, - теперь уже по-настоящему улыбается старушка. - Заботы - не страшно. Страшно быть одной. Я так решила - если Господь не забрал меня сразу, когда я просила, значит, у меня здесь еще остались дела. За могилками ходить хотя бы. Но жить одной в четырех стенах - так и с ума можно сойти.
— Так может лучше вашей сестре сюда переехать?
Валентина Владимировна поднимается на ноги.
— Там нам будет лучше. Без лишних разговоров, без лишнего внимания. Но ты не бери в голову, - она начинает суетиться, - у старухи язык без костей, совсем тебя заговорила. Да и такси не ровен час уедет.
Больше не пристаю с расспросами и, тем более, с дурацкими советами. Уж я точно последний человек, кого надо слушать, когда что-то планируешь в своей жизни.
Когда все вещи в машине, Валентина Владимировна поворачивается ко мне и протягивает тысячную купюру.
— Возьми, пожалуйста, - говорит и выглядит при этом какой-то виноватой. - Купишь что-нибудь своей девочке.
Наверное, выражение моего лица на мгновение становится таким кислым, что старушка невольно опускает руку с зажатой в ней банкнотой.
— Никаких денег, - говорю твердо. - Не обижайте меня. Я же просто хочу помочь. К тому же, где живет ваша сестра?
— Во Владимирской области.
— Вот, то есть на такси вы до поезда едите?
Валентина Владимировна кивает.
— Давайте я с вами прокачусь и помогу погрузить вещи.
— Ой, нет, тебе же домой надо, - снова тараторит она. - Ты и так мне…
— Еще не помог. Просто, - я и сам не знаю, почему так навязываюсь в помощники. Возможно, это своего рода бегство от самого себя, от дурных мыслей, от саможаления. Не хочу оставаться один, запираться в свою комнату. - Просто хочу еще немного погулять.
— Глупая старуха - плохая компания для прогулки, - улыбается Валентина Владимировна.
— Не наговаривайте на себя.
И мы едем по просыпающейся Москве, по еще свободный улицам. А Валентина Владимировна рассказывает, что со своим мужем познакомилась во время войны, на рытье оборонительных заслонов, когда немцы готовились штурмовать столицу нашей Родины. Что он, тогда еще совсем мальчишка, дарил ей не цветы, а кусочки сахара. Что оба очень боялись, когда по городу поползли слухи о, якобы, уже одобренной правительством сдаче.