Он терпеть не мог банк, его тяжелый, спертый воздух и его служащих, забиравших каждый раз свою толику из тех средств, что приходили ему из Братиславы от продажи кофе. Денег от этой торговли пока было немного, но Коста не унывал. Он постепенно приучал знакомых к этому напитку, рассчитывая когда-нибудь развернуться широко. Государь не запрещал своим слугам зарабатывать, если это не мешало делу. Мудр князь. Он понимает, что людскую натуру не исправить. А раз так, то пусть люди не прячутся, словно воры. Коста с каждым караваном из Индии на две сотни солидов товара привозит, и на том три конца делает.
"На следующей неделе Коста поедет в Аммоний, имперский городок прямо на границе с пустыней. Провинция Ливия Нижняя осталась за Константинополем, и в тех местах было спокойно. Но если выяснится, что покушение подстроено кем-то из чиновников императора, то это тут же станет большой проблемой. Торговля с ромеями, что только-только начала налаживаться снова рухнет безвозвратно. А это никому не нужно.
— Здравствуйте, почтенный Константин! — бывший ростовщик Роман поклонился. Они уже виделись, и он знал, с кем говорит, хотя Коста не стремился к широкой известности. Хотя… Разве можно долго утаивать такое? Люди, имеющие большие деньги, редко бывают набитыми дураками.
— Здравствуйте, почтенный Роман, — вернул любезность Коста. — С караваном собрались куда-то?
— Ну что вы! — рассмеялся откупщик.
И он проникновенно добавил, глядя прямо в глаза Косте:
— Я не нарушаю законов нашего повелителя, благослови его святой Марк! Вам ли этого не знать, почтенный Константин! Ведь от вас не укроется ничего! Кстати, не хотите ли поучаствовать в торговле? Обещаю два солида на каждый ваш собственный, что вложите в дело.