И все-таки несмотря на голод и чуму, в римской провинции Африка проживало не меньше людей, чем в Египте. Пшеница, мед и оливковое масло производились здесь в невероятном изобилии. Африка была богата, и с каждым годом все меньше нуждалась во власти константинопольских императоров, впавших к тому же в монофелитскую ересь.
Командовал операцией лично Вацлав Драгомирович, а потому все окрестные кривые улочки были разведаны заранее, дыры в заборах пересчитаны, а пути возможного отступления перекрыты. На все это ушло несколько часов, после чего парочка крепких парней, изображавших подгулявших матросов, вломилась в неприметный домик, стоявший у западных ворот.
— Он мертвый там, — хмуро сказал Косте воин, взмахом руки приглашая в дом. — Зарезали!
Никита лежал на полу, разбросав руки, а на его лице было написано удивление, которое не смогла стереть даже смерть. Он покинул этот мир небыстро. Его ударили несколько раз в живот, а потом в грудь. И убили его не один день назад.
— Эк его раздуло! — поморщился Коста. — Едва узнать можно.
— Он знал того, кто его убил, — задумчиво повел взглядом по сторонам Вацлав. — Следов борьбы нет. Он не ожидал этого.
Они осмотрели домишко. Самая обычная лачуга, слепленная из обожженного на солнце кирпича. Крошечное окошко, куда едва влезет кулак. Излишество в этом климате, где пустынные суховеи несут порой огромные тучи песка. Грубый стол и широкая скамья, она же постель. Посуда на столе, пара кувшинов с тухлой водой.
"В сжатой ладони Вацлав увидел обрывок папируса, как будто Никите сначала дали что-то прочесть, а потом, убив, отняли. Небольшой кусок, совсем небольшой.
— Прими его… Благосл… горий… Да что же это? — озадачился Вацлав и передал обрывок Косте.
Рекомендательное письмо, наверное. Написано на латыни, которая в ходу и здесь, в Африке, и в Испании, и в Италии, и в Бургундии.
— Дерьмо! — выругался Вацлав.