– Если все обстоит именно так, как ты мне говоришь, то нужно узнать у самой плененной причину ее поведения…
– Да она издевается! – взревел Шантар.
– Хейвен не может сказать, в том-то все и дело! – я не терял надежды. Верил, что смогу получить нужную информацию.
– Вы, мужчины, такие нетерпеливые, – поморщилась она, вставая на ноги и двигая кистями рук, разминая их. – Пока твоя истинная не скажет, мы ничего не узнаем, потому что способов пленения масса. От волоса с ее головы, до незаметного укола чем-нибудь острым.
– Но как?! Как она скажет?! – рыкнул я.
– Вот если помолчишь минуту, все узнаешь, – недовольно сверкнула она глазами, заставляя замолкнуть.
Я захлопнул рот, а колдовка продолжила:
– Вам необходимо поместить ее в печать, которая временно, повторяю, временно заблокирует воздействие на ее тело. И вот тогда все выясните.
– Печать! – заволновался я, чувствуя шум крови в ушах. – А…
– А как начертить ее я расскажу тебе только тогда, когда наш многоуважаемый правитель земель Ахатаиса даст клятву, что освободит меня, как и было уговорено!
– Но… – попытался возмутиться Сантариос Ти Шиар, но его дернул за рукав Шималь.
– Договорились! – сверкнула белозубой улыбкой колдовка. – А теперь, блондинчик, слушай внимательно. У тебя будет от силы секунд десять, не более…
62. Немного осталось
62. Немного осталось
Хейвен
Всю ночь я провела как на иголках.
Я скиталась по этажам и комнатам в темноте словно приведение, проклиная мерзкую рыбину, которая вознамерилась испоганить мою жизнь.
Стоя в коридоре, который едва освещался магическими канделябрами, я смотрела в окно, наблюдая раскидистый сад, в котором летали маленькие огоньки, как говорил мне Нейхас, подобие светляков. Они светящимися точками перемещались с места на место, заставляя задуматься о своем будущем, если оно таковое будет вообще.
«Я почти как они… блуждаю в темноте.