Правда, тут же вспомнила, что отступать мне некуда, да и не привыкла, поэтому сделала шаг вперед и мило попросила:
— Но вы ведь не откажетесь мне помочь?
Так, теперь еще пару взмахов ресничками — и дело сделано.
Мужчина неохотно кивнул и нажал на пульт. Шлагбаум медленно пополз вверх.
— Прямо и направо, — пробасил громила.
— Что? — переспросила я.
Верить в происходящее не хотелось.
— Лиственная улица, — пояснил охранник. — Прямо по главной, на перекрестке — направо.
— Но…
Я растерянно посмотрела на чемодан, перевела взгляд на сумки и обреченно вздохнула.
— Я могу вызвать от вас такси?
— У нас нет такси.
— Ну хоть что-нибудь! Лошадь, телега… Что-то же у вас в деревне есть?
— У нас не деревня.
— Да какая разница? По дорогам у вас кто-нибудь ездит?
— Прямо и направо, — невозмутимо повторил охранник и скрылся в своей комфортабельной будке, а я осталась. С чемоданом. И с сумками. И с начинающим замерзать носом.
— Ну и ладно, — скорчила рожицу закрывшейся двери. — Сама справлюсь.
Правда, через полчаса от этой уверенности почти ничего не осталось.
С каждым шагом я была все ближе к тому, чтобы проклясть двоюродного дядюшку, оставившего мне домик в этой элитной тмутаракани. Нет, это вчера я радовалась, что стала обладателем ценной недвижимости. Еще бы! Пять лет мыкаться по съемным квартирам и вдруг узнать, что какой-то неизвестный родственник оставил мне дом в ста километрах от столицы.
Блин, да где этот проклятый перекресток?
Я остановилась, сбросила сумки и подтянула чемодан. Усевшись на него, сняла перчатки и посмотрела на красные, будто ошпаренные пальцы.
«Вот тебе и новая жизнь, Никуша», — вздохнула и покосилась на ближайший дом. А ничего так «избушка». Два этажа, серая крыша из какого-то навороченного современного профиля, вдоль первого этажа тянется просторная застекленная веранда. Наверное, летом там уютно пить чай и любоваться рассветом. Или закатом. А может даже…
— Вы к кому?
Глубокий мужской баритон, раздавшийся за спиной, заставил меня подскочить и обернуться.