Причем последнее очень быстро вошло в разговорный обиход в контексте: «Ах ты, мегера!» или «Ой, не будем про эту мегеру».
Фуриям позволено вершить самосуд и наказывать, вот почему все последние пять сотен лет в магических сообществах периодически вспыхивают научные диспуты на тему «Справедливость или злоупотребление».
Невзирая на многочисленные приглашения на кремовой бумаге с золотыми буквами, ни одна из городских фурий на диспутах так и не появилась.
Им просто некогда болтать».
Пометки Теодора ван Дереха Первого, верного фамильяра Дунканары Кэбот, сделанные на полях серии романов «Вампир и институтка».
Кастинг
Вечером я случайно заметила трех крайне подозрительных мужчин.
Ну как заметила? Петух разразился своим фирменным кукареканьем, больше похожим на скрип ногтей по учебной доске. Я развернулась, чтобы проверить местоположение Рекса, и заметила подозрительных личностей, ошивающихся у забора.
Ну нет! Если это грабители, то пусть приходят завтра, когда я буду чуть посвежее и в духе.
– Эй! – проорала я, высовываясь из окна кухни. – Имейте в виду, я вас вижу!
Личности повернулись на звук моего голоса.
– У меня есть боевая рысь!
«Боевая рысь» в эту секунду свернулась на кресле и мирно посапывала, прикрыв морду лапой, но кто ж знает?
Мужчины поспешно ретировались восвояси, но после неожиданного визита во мне взыграла паранойя. В голову полезли мрачные перспективы: вот в дом врываются; вот дом поджигают; вот меня находят задушенной в своей кровати, а вот меня вообще не находят, точнее, дом пуст и только волки из ближайшего леска радостно глодают кости.
От мрачных картинок я потеряла аппетит и легла под обиженное ворчание живота.
Видать, от голода в желудке все заклинило в рассудке, поэтому ночью меня доставал настойчивый кошмар.
Я стояла за заднем дворе доставшегося в наследство дома. Предгрозовые небеса нависали низко-низко, словно готовы были рухнуть вниз. Земля под ногами дрожала, и сквозь ее поры сочилась густая субстанция с мерзким запахом гниения.
«Кэбот… Кэбот…»
За спиной что-то приближалось. Нечто столь зловещее и ужасающее, что люди с более сильной психикой, чем у меня, уплывали в спасительный обморок.
«Кэбот… Кэбот…»"
"Я чувствовала, как оно наползает. Древнее. Смертоносное. Неотвратимое.