– Ты не отплатишь мне тем же?
Я приподняла бровь.
– Почему бы тебе не попросить об этом кого-то из клубных девушек? – Несмотря на грубую нотку в моих словах, мысль о том, что Мэддокс мог уединиться с другой девушкой, меня не устраивала. Он сел, его джинсы были натянуты в области паха. Вспомнив пирсинг и его греховно сексуальное тело, я ощутила желание встать перед ним на колени и сделать то, о чем он попросил, но гордость удержала меня на месте. Мэддокс достал сигарету и поднялся с таким видом, будто ему было плевать.
– Как хочешь. Я знаю подходящую девушку, которая отсосет мне.
Раскаленный ком ярости вырос в моей груди.
– Если ты сделаешь это, то… – закипела я, не совсем понимая, чем собиралась ему угрожать. Мы не были парой, поэтому я не могла расстаться с ним. Мы были не больше, чем просто пленница и похититель, что делало ситуацию еще более нелепой. У меня не было ничего, чем я могла бы его шантажировать.
– То что? – спросил Мэддокс, поворачиваясь с довольной ухмылкой, словно моя реакция была частью его плана. То есть он обманом довел меня до эмоционального всплеска?
Я не могла в это поверить. Покачала головой с полным отвращением.
– Мне все равно. Делай все, что пожелаешь. Мне нет дела до того, что ты позволяешь всем этим старушкам… – я хотела сказать что-то грубое, чтобы соответствовать ему, но слова застряли у меня в горле, – … делать с тобой все эти гадости, – застенчиво закончила я, и мое лицо вспыхнуло.
Улыбка Мэддокса стала еще шире и самодовольней, отчего захотелось задушить его золотой цепочкой на его шее.
– Делать все эти гадости? – повторил он, ухмыляясь во все зубы. – Отсасывают мой член – вот, что они мне делают. Не можешь произнести эти слова, Белоснежка?
– В отличие от девушек, которых ты выбираешь для выполнения своих приказов, у меня есть манеры.
– О, у тебя есть манеры и много высокомерия, соответствующего им.
Он был прав, но я не могла это признать.
– Они сами выбрали такой образ жизни. А меня похитили. У меня нет выбора.
– Когда ты оседлала мой рот, как чертова наездница родео, это было твоим выбором, принцесса. И твои соки на моем языке тому доказательство.
Так же часто, как его грубость заводила меня, она и раздражала.