Возрождение Феникса. Том 1

Второй и третий — Олег Барын и Аскольд Томер, владельцы магазинов радиотехники в Дубне и Торжке, наши конкуренты.

— Так, — я прикидываю масштабы бедствия. — Ну допустим, через рекламное агентство могли отмываться деньги из маркетингового бюджета. А с конкурентами-то какие схемы проворачивались?

— Ваше Благородие…ик, — подхватывается Гиврин. — Да что вы такое говорите? Я верою и правдой служил вашей мате…

— ЗАТКНИСЬ, — рявкаю я.

Павла словно отбрасывает назад звуковой волной. Он вжимается спиной в кресло и затыкается.

Гости тоже сидят тише воды. Девицы до крови кусают крашеные губы и скулят.

— Склады в Дубне и Торжке больше на пятьдесят процентов, чем в других точках, — замечает Катя. — Очень странно.

Я киваю.

— Эти два города — почти что пригород Твери. Необходимости в больших складах нет. Скорее всего, Гиврин перетягивал туда нашу продукцию, выпущенную по ложным прогнозам, чтобы потом перепродать конкурентам. Неликвида бы все равно не хватились, потому что по факту наши клиенты заказывают совсем другие радиодетали.

— Гиврин с ужасом смотрит на меня. Да и не только он. Красные лица Барына и Томера резко побледнели, отмечаю у конкурентов сильнейшую тахикардию. Похоже, попал в самое яблочко. — Екатерина, вели провести ревизию тех складов. Интересно, сколько мы потеряли по этим схемам.

— Сделаю, господин, — девушка делает пометку в своем телефоне.

— Судари, — обращаюсь к гостям Гиврина. Одновременно испускаю сильнейшие волны магнетизма. — Мне прискорбно, что отвлек вас от отдыха.

Но я вынужден разобраться в саботаже на своей фирме. И кажется, уже разобрался. Очень жаль, что вы попали под раздачу. А еще больше мне жаль — что ЗАСЛУЖЕННО.

Мое лицо внезапно суровеет. А тяжелый взгляд вызывает у конкурентов каскад вегетативных стрессовых реакций. Учащенное сердцебиение. Застывшая мимика. Капли выступившего пота."

"— В-ваше Благородие, — вдруг говорит Олег Барын, тряся вторым подбородком. — Мы всего лишь деловые люди, бизнесмены, мы ничего не крали у вас.

Павел продавал — мы брали. Откуда ж нам было знать, что это… чьи-то схемы?

Бинго. Подлянка выявлена. А диктофон в моем кармане бдит и записывает.

— Олег! Не смей! — взвывает Гривин. — Не говори нечего!

Да поздно трепыхаться. Всё уже сказано.

— Точно-точно, — ноет Аскольд Томер. — Нам прискорбно узнавать, что вас обворовывают собственные топ-менеджеры, Ваше Благородие. Но мы с Олегом не причастны…

— Замолчите! — вскакивает Гиврин.