Закидываю себе на плечи огромное тело Ильиса в силовой броне. К счастью, мой доспех из толстых керамитовых пластин не пострадал, только сгорели золотые гравировки Императорского Дома. Так что я почти не прикладываю усилий. Всю работу делают обвивающие мое тело электрические волокна экзоскелета.
— Брось меня с ними… — опять завел свою шарманку.
— Как я тебя брошу, дебил? Ох, ты точно — Чугун.
— Сам такой. — Нет, вы посмотрите на этого увальня — спасаешь его, а он еще и обижается.
Молча несу названого брата к виднеющимся в снегах десантным шлюпкам.
Ильис затихает, бережет силы. Хрустят белые сугробы под бронированными ботинками. Помощь не скоро будет. Эскадра увязла в боях на орбите, до сих пор в белесом небе расцветают огненные тюльпаны. Поэтому сначала отнесу Чугуна в биокапсулу, затем побреду искать выживших среди тел легионеров.
Не успеваем сделать и сотню шагов — как напротив нас раскрывается красный разлом в пространстве.
Врата Анреалиума. Огромные, шириной с поле битвы. Такие и линкольн запросто заглотят. Приплыли, цепной меч мне в колени!
— Вот же жеваный болотопс! — нет, это не матерщинник Ильис. Серана! — Бегите, милорд Префект-командующий! Предатель Бемижар подготовил нам ловушку! Милорд, не стойте!
— Хм…да куда я побегу-то? — Врата расширяются и двигаются на поле битвы, заглатывая мертвецов и стонущих раненых.
Конечно, это Бемижар, бывший Префект Легиона Жаворонков, самый главный заговорщик. Его фантазм дает доступ в опасный и непредсказуемый Анреалиум. Вопрос, где он раздобыл силы на целые самоходные Врата?!
Неужели сами Боги Анреалиума помогли предателю? Да ну, бред какой-то.
Между тем, Врата надвигаются со скоростью пустотного крейсера, неумолимые и бесконечные. Сгружаю Чугуна на сугроб рядом. Он находит в себе силы сесть.
— Не бояться, легионеры! — вливаю в голос силу, которую называют магнетизмом Префектов.
— Феникс, брат, я хоть и не в твоем Легионе, но готов сражаться с тобой бок о бок хоть в чертогах Хаоса! — голос у Ильиса, как всегда перед боем, тяжелый, с нотками медвежьего рева.
— Сегодня ты в моем Легионе, брат, — заявляю нетерпящим возражения голосом.