Потом их прогрессивный гундосый рэп про чикс, братанов и красивую жизнь безнадежно устареет, его станут слушать старики, и так — пока существует человечество.
В новостях было затишье перед бурей, переговоры, депутаты вышли общаться с силовиками, а я буквально кожей ощущал, как разворачивает рукава гигантский смерч, пульсирует, гудит, и око циклона, в котором все мы, вот-вот сместится.
По радио призывали протестующих не верить обманщикам и приходить на Смоленскую площадь сегодня в 11.30. По телевизору говорили о том, что в Доме Советов засели вооруженные беспредельщики, главная задача — заставить их разоружиться.
Не нужно быть пророком, чтобы предположить: сегодня будет то же самое, что вчера, а к вечеру может вспыхнуть локальное противостояние. Ну а я как раз успею сгонять на вокзал, забрать товар и встать возле метро.
Как раз есть все необходимое.
Я сунулся на балкон и мгновенно проснулся: там было очень холодно, и изо рта шел пар. Выглянул в окно. Все деревья враз пожелтели.
Да я околею! Мороз на улице, а у меня обычные кеды. Как непривычно, у нас еще в море купаются и в обед ходят в футболках!
Придется одолжить у деда две пары теплых носков. Ничего, прорвемся, где наша не пропадала!
В этой реальности я в эпицентре событий и точно их запомню. Так хотелось посмотреть собственными глазами, как оно было на самом деле, но здравый смысл останавливал.
"Глава 17
Брат на брата
Баулы, которые передала бабушка вместе с деньгами, оказались неподъемными. В оставленной записке-накладной, написанной от руки, было: 'Вин. белый — 13 кг, вин. черный — 11.500, груши жел. — 12 кг, груши крас. — 13.500. Пятьдесят килограммов! И еще маленький, точнее большой нюанс — виноград объемный, его не утрамбуешь. Если взгромоздить все ящики и сумки друг на друга, получится гора выше меня.
Вторую партию, более объемную, я повез в свой район, и все равно товара было выше крыши, так что околеть не получилось: грузчики не мерзнут.