Возьмут да брыкаться начнут. А ты вставай, падаль, разлегся, как на курорте!
Николай с трудом поднялся и тут же почувствовал на запястьях прохладу металла – браслеты защелкнулись, превратив его в обыкновенного арестанта.
– Пошел!
Радченко шагнул на тропу следом за плечистым омоновцем, и тут же упругая ветка больно хлестнула его по щеке.
* * *Обстановка в кабинете следователя была крайне убогой – засаленные обои, стандартная мебель с инвентарными бляшками, чернильные пятна на зеленой обивке столешницы… Однако ничего этого Николай не видел – мощный свет настольной лампы бил в глаза, позволяя различить только очертания головы следователя.
– Знаешь, какой срок тебе светит? – рычал следователь. – Слышал, как с такими козлами на зоне поступают?! Да я сейчас тебя к ворам в камеру запихну, и ты уже через час на парашу кишками ходить станешь!
– Я работаю на госбезопасность и нахожусь при исполнении задания. Прошу дать мне возможность позвонить вот по этому телефону… – Николай положил на стол перед следователем клочок бумаги, на котором было написано несколько цифр.
– Что ты тут мне вкручиваешь, падаль?! При чем здесь госбезопасность? Какое у тебя задание – баб насиловать?
– Прошу вас дать мне возможность позвонить по этому телефону, – повторил Николай. – Вся ответственность за срыв намеченной операции ляжет лично на вас.
За пятнадцать лет работы следователь повидал в своем кабинете убийц, насильников, воров и наслушался от них таких баек, из которых можно было бы составить «Уголовную энциклопедию курьезов».
– Ладно, звони… Но если сбрехал, то тебе в первую же ночь целку сломают! – И капитан пододвинул телефон задержанному.
Николай Радченко выглядел невозмутимым, только губы слегка скривились: дескать, что же ты мелешь, капитан, я же при исполнении, а ты меня срамными словами поносишь!
Задержанный уверенно закрутил диск, а когда на другом конце ему ответили, заговорил в трубку:
– Товарищ майор, я делаю все строго по легенде, а тут один следователь пытается сорвать все наше дело… Да, сижу в его кабинете.
И Колян аккуратно положил трубку на рычаг.
– Ну, ты и фрукт, – процедил следователь сквозь зубы, твердо решив не отдавать задержанного.