— Так вы хорошо подготовились? — вновь пристала она к Компании с Большой Спасской.
— Нормально, — проворчал Тема.
— Смотрите у меня, — угрожающе произнесла Школьникова.
Катя и Таня фыркнули. Очень уж не вязалась с Моей Длиной роль борца за академическую успеваемость.
— Зря смеетесь, — немного смутилась Машка. И, будто прочтя мысли девочек, добавила: — Я же не просто так. Речь идет о судьбе Андрюши.
— За нас можешь не беспокоиться. Справимся! — заверил Женька.
Впрочем, им с Темычем тестирование ничем особенным не грозило.
— Пойдемте, — поторопила Моя Длина. — Звонок скоро.
Возле дверей родного класса стояли Марат Ахметов и второй признанный силач девятого «В» — Боря Савушкин.
— Зря торопишься, — едва завидав Мою Длину, захохотал Ахметов. — Там, в классе, Андрей наш с такой девахой уединился…
— С кем? — оторопела Моя Длина.
— Представительница из методического кабинета, — любезно пояснил Боря Савушкин.
— Откуда у методистки нормальный прикид? — процедила сквозь зубы Моя Длина, одновременно словно бы невзначай распахнув оранжевую замшевую куртку, чтобы был виден фирменный знак «Валентино». — Это у меня прикид, — на всякий случай пояснила она. — А у этой вашей методистки все шмотки наверняка с вещевого рынка «Коньково»."
"— Может, ты и права, — произнес с нарочитым смирением Савушкин. — Только Андрей наш вроде запал.
— Ему как-то по барабану что «Коньково», что «Версаче», — изрек с громким хохотом Марат Ахметов.
Моя Длина явно встревожилась. Румянец разом сошел с ее пухлых щек.
— А ну, подсадите, — вмиг севшим голосом потребовала она.
И Школьникова поглядела на стеклянное окошко над дверью родного класса.
— Давай подсажу, Машка! — немедленно вызвался хилый Пашков.
— Не советую, — трезво оценил ситуацию Марат Ахметов. — Ты, Лешка, не в той весовой категории, чтобы такие тяжести поднимать.
— Это кто же тут тяжесть? — сжала мощные кулаки Моя Длина.
— Ну, не Пашков же, — уклончиво отозвался Ахметов.
— И не Темыч, — добавил Боря Савушкин.
Моей Длине очень хотелось врезать по физиономиям признанных силачей класса. Однако сейчас они ей были нужны в качестве подъемной силы. И, уняв гнев, она скомандовала:
— Подсади, Маратик!
— Это мы можем, — проявил широту натуры Ахметов. — Мне-то какая разница. Что на тренажере заниматься, что тебя подсаживать.