Да и воздействие было точечным, что экономило магическую энергию хоть немного. — Обеспечивал доступ к засекреченным архивам, предупреждал о возможных опасностях. Именно он помог нам получить разрешение на разработку военных стимуляторов — первый этап нашего проекта.
Я сделал мысленную заметку запросить более детальное досье на этого человека. Если его связь с заговорщиками подтвердится, это будет сенсацией национального масштаба.
— А что насчёт возможных утечек информации от вашего консорциума? — спросил я, вспомнив об анонимных подсказках, которые получал в ходе расследования.
Глаза Корнилова сузились.
— Не без этого. Некоторые считали, что мы заходим слишком далеко. Другие опасались политических последствий, если всё раскроется. Возможно, кто-то из них решил подстраховаться.
Допрос продолжался ещё несколько часов. Корнилов, словно прорвав плотину, говорил без остановки, выдавая имена, даты, локации, детали финансовых операций. Всё это тщательно протоколировалось магическими самописцами, а я отмечал, что он говорит правду.
К концу допроса у меня сложилась достаточно полная картина заговора. Амбициозный план, включавший не только научные эксперименты, но и политические манёвры, направленные на смену власти в крупнейших державах мира. Новый мировой порядок, где избранная элита правила бы вечно. Безумие чистой воды, но безумие, которое едва не воплотилось в реальность.
Когда истощённого Корнилова наконец увели обратно в камеру, я ещё долго сидел в пустой допросной, перебирая записи и осмысливая услышанное.
Тем не менее, даже имеющейся информации хватало для начала масштабной операции по зачистке государственного аппарата от предателей. Граф Толстов, генерал Савельев, Марк Ольденбургский — все они вскоре окажутся за решёткой. Но прежде нужно доложить императору.
Я собрал все записи в папку, запечатал её личной магической печатью и вышел из допросной.
Соколов встретил меня в коридоре, его лицо выражало крайнюю степень усталости и тревоги.
— Ну что? — спросил он, кивая на папку в моих руках.
— Хуже, чем мы думали, — ответил я. — Заговор на международном уровне, с участием высших чинов империи. Нужно немедленно доложить Его Величеству.