— А что с пропавшими учеными?
— Они, действительно, там. В отчетах упоминались Климов, Алехина, Вершинин, Зотов и недавно похищенный Свердловский. Мы не смогли их найти — скорее всего, их держат в подвалах западного крыла, куда нам не удалось проникнуть.
Император встал и подошел к большой карте империи, висевшей на стене. Его пальцы медленно скользили по поверхности, словно прослеживая невидимые связи.
— Насколько масштабна эта операция? — спросил он, не оборачиваясь.
Тут я сосредоточился, вызывая в памяти увиденные документы.
— Помимо лаборатории в Тяглино обнаружены упоминания еще о четырех объектах, — я подошел к карте и указал точки. — В окрестностях Выборга, лаборатория под руководством некоего профессора Крылова. Занимается адаптацией организма к экстремальным условиям. В Новгородской губернии испытательный полигон, где проверяют физические возможности объектов.
Император повернулся ко мне, в его взгляде мелькнуло удивление.
— Вы запомнили все это с одного взгляда?
— Работа в Бюро и не такому научит, Ваше Величество.
Алексей Сергеевич кивнул, словно получил подтверждение чему-то давно известному. Он вернулся к столу и нажал скрытую кнопку. В стене открылся потайной шкаф, откуда император достал странный прибор, в виде шкатулки с кристаллом связи.
— Знаете, Темников, — начал он, настраивая устройство, — я давно подозревал что-то подобное. Не конкретно Корниловых, но то, что в империи действует организация, преследующая собственные цели. Слишком много странных совпадений, слишком много неожиданных смертей ключевых фигур.
Он активировал прибор, и в воздухе возникло полупрозрачное изображение — схематичная карта империи с мерцающими точками.
— Четыре месяца назад пропал один из моих агентов, расследовавший подобное дело. Последнее, что он передал — неясные намеки на эксперименты с истинными словами «Жизнь» и «Разум». Ваши находки подтверждают его опасения.
Точки указывали ровно на те места, что указал я. Но неужели это проигнорировали и не послали никого разведать? Император выключил прибор и в упор посмотрел на меня:
— Вот что, Законник. У нас нет времени на формальности.