Если всё так, как вы говорите, заговорщики уже знают о вашем визите в Тяглино и заметают следы. Они уничтожат доказательства, перевезут ученых, сделают всё, чтобы мы не смогли их найти.
Он достал из стола золотой медальон с императорской печатью.
— Этим я наделяю вас чрезвычайными полномочиями. Вы можете использовать все необходимые ресурсы империи для расследования этого дела и пресечения деятельности заговорщиков. Включая военные подразделения, Судебное Бюро и расходы из казны. Но помните — каждое ваше действие отражается на авторитете короны.
Я принял медальон, ощущая его тяжесть не только в руке, но и на плечах.
— Благодарю за доверие, Ваше Величество.
— Не благодарите раньше времени, — глаза императора сузились. — Есть еще кое-что, о чем вы должны знать. Заговор такого масштаба не мог существовать без поддержки кого-то из высших кругов власти.
— Вы подозреваете кого-то конкретно, Ваше Величество? — посмотрел я на Алексея Сергеевича.
— У меня есть мысли, но без доказательств даже я не могу делать выводов, — ответил император.
Он вернулся к столу и взял лист бумаги.
— Я дам вам карт-бланш на операцию по нейтрализации этой угрозы. Но помимо уничтожения лабораторий и спасения ученых, есть еще одна задача.
Император написал что-то на бумаге и запечатал личной печатью:
— Исследования Корниловых, каким бы путем они ни были получены, могут иметь стратегическое значение для империи.
Я принял запечатанный конверт и убрал его во внутренний карман.
— Будет исполнено, Ваше Величество.
— Теперь идите. У вас мало времени. И помните, Темников, — его голос стал жестче, — я доверяю вам. Не подведите меня.
Покинув Малахитовый кабинет, я почувствовал странное облегчение.
* * *"
"Федор Антонович Корнилов метался по кабинету, скрипя половицами старого особняка. Его обычно безукоризненная прическа растрепалась, на щеках проступил лихорадочный румянец. С момента обнаружения вторжения в лабораторию прошло уже шесть часов, но он по-прежнему не мог успокоиться.