В первое мгновение хочу, чтобы он замолчал, а потом… Потом он целует меня в ответ, с жадностью и раскатывающим желанием, которое забирает все мысли из моей головы. Я забываю обо всем на свете, остается только его горячее дыхание и невыносимая сладость с горьким послевкусием. Он рвется ко мне, стягивая сильные руки вокруг моих плеч, и делает ближе. Так близко, что нечем дышать. И я пускаю его, размыкаю губы, позволяя углубить поцелуй, и обнимаю за шею.
Он голоден по мне.
Это так ярко чувствуется…
По мне.
Я подрагиваю в его руках, едва справляясь с лавиной чувств, поглаживаю его раненое плечо, на котором больше не чувствую шрамов. Скорее это тропинки, извилистые и объемные, и дотрагиваться до них не страшно. Наоборот, я хочу ощутить их полнее.
Честнее.
Я разрываю поцелуй и наклоняюсь к его плечу, мягкая ткань футболки легко оттягивается и мне хватает одного рывка. Я чувствую, как Макар закапывается ладонью в моих волосах, когда я провожу губами по его шрамам.
"А потом он рывком поднимает меня, я не успеваю ничего предпринять, но, к счастью, это длится всего мгновение. Он перенаправляет наши тела на диван, который оставался у меня за спиной. Я вдруг оказываюсь под Макаром, смотрю в его глубокие потемневшие глаза и инстинктивно выставляю ладони.
— Не делай так больше, — шепчу строго.
Я приподнимаюсь на локтях, соприкасаясь с ним телами. Тугие бицепсы наливаются под футболкой, Макар держит вес на руках, чтобы не придавить меня, а в его дыхании всё ярче слышится хриплая вибрация.
— Дай, — я обхватываю его локоть, надавливая. — Мир не рухнет, если ты не будешь сверху.
Я нажимаю сильнее, и Макар сдается. Он уводит тело в сторону, позволяя нам поменяться местами.
— Любишь всё контролировать? — я опускаю взгляд на его длинные пальцы. — Я не упаду… и не уйду.
Мне удается сделать его хватку деликатнее. Я поглаживаю его пальцы, понимая, что именно это ему сейчас нужно.