Было страшно — вдруг Игнат выйдет и застукает меня? Опять начнет наезжать за то, что я вломилась к нему без разрешения…
Я хотела вернуть книгу на место и уйти, как вдруг в шуме воды различила свое имя.
«Я-ра…»
Мой взгляд метнулся к приоткрытой двери, которая вела в личную ванную комнату Игната — она находилась напротив кровати. В первое мгновение я решила, что он заметил меня, но почти сразу поняла, что это не так. Он не поэтому звал меня по имени. А потому что…
Вдох, выдох. Удивление, любопытство, теплая искра.
Я сама не поняла, как оказалась рядом с приоткрытой дверью. Не осознавая, что делаю, я заглянула в ванную комнату, и увидела то, чего не должна была видеть. Никогда.
Была включена лишь мягкая подсветка полок и чуть запотевшего зеркала, но этого было достаточно, чтобы я все разглядела. Игнат стоял ко мне спиной в душевой, за прозрачной перегородкой. Из тропического душа била вода — так, будто сделали самый большой напор. Она стекала по его широким плечам, спине, бедрам, широко расставленным ногам.
До меня окончательно дошло, что Игнат делает. Но вместо того, чтобы убраться, куда подальше, я смотрела на него, как завороженная. Как ненормальная какая-то, вместо стыда чувствуя интерес, который с каждым мгновением разгорался все сильнее.
С губ Игната сорвался сдавленный полустон, из-за которого я затаила дыхание и прижала ладонь к пересохшим губам.
— Яра… Яра… — Снова услышала я, и мои глаза расширились — я окончательно поняла, кого он представляет, пока работает рукой. Меня.
Мне не противно. И даже не смешно. Напротив, я вдруг почувствовала себя победительницей. Он хочет меня, пусть ненавидит, но хочет. Даже имя мое произносит, стоя под душем и пытаясь помочь себе сбросить напряжение.
Мои пальцы легли бы сверху его руки, подхватывая быстрый ритм. Потом на его члене осталась бы только моя рука. И лишь от моих движений зависело бы то, сможет ли Игнат получить удовольствие или нет.