Зачем? Ради шантажа? Ради очередного извращенного наказания? Отец бы сделал все, чтобы спасти сына. Ублюдки знали где надавить.
- Девочка моя, - шепчет Захар, губами собирая слезы с моих щек. – Малышка. Тише. Зря я тебе это выдал.
- Нет, не зря, - отрезаю, шумно втянув воздух, запрокидываю голову назад и давлюсь рыданиями. – Я бы все равно узнала, начала бы расспрашивать других… прости, но я не могу успокоиться. Боже. Ребенок. Какой урод это сделал? А если бы мальчика…
Обрываю мысль. Жуть какая. Нет, я не стану о таком рассуждать.
- Я тебя защищаю, - чеканит Захар. – Запомни это. Всегда рядом. Даже если ты меня не видишь, я за твоей спиной.
Эта фраза как раскат грома. До боли знакомая, пусть и сказанная давно, совсем другим голосом.
«Даже если ты меня не видишь, я всегда буду за твоей спиной».
Так сказал мой сталкер после школьного бала, где мы танцевали вдвоем.
- Захар, - вглядываюсь в зеленые глаза. – Мы встречались раньше? До этой чертовой Клетки? Мы знали друг друга?
- Я узнал тебя только здесь, - говорит он.
Это не ответ. Хочу возразить и потребовать уточнений, но его губы накрывают мои и сразу заставляют забыть про все разумные фразы."
"Захар целует меня нежно. И яростно. Грубость и резкость будто шелком прикрыты.
Шаг за шагом. Я оказываюсь все ближе к бездне. Выгибаюсь под прикосновениями сильных рук, отдаюсь безумному порыву, отвечаю на каждое движение губ.
Еще, еще. Теснее. Крепче. Ближе. Хочется, чтобы между нами совсем не осталось никакого расстояния и мы стали единым целом.
Я сама прижимаюсь к железному телу и обжигаюсь о каменную твердость, но отшатнуться больше не могу.
- Вкусная ты, - шепчет парень. – Оторваться нельзя.
- П-почему?
- Сдохну.
Он опять зажимает мои губы между своими губами, как будто реально на вкус пробует, язык ведет, едва дотрагиваясь, а у меня глаза закатываются и пальцы поджимаются, по телу разливается такая дрожь, что даже страшно становится.
- Захар, - трепещу.
Ты тоже вкусный. Запретный. Опасный. На тебя нужно нанести наклейку про угрозу употребления.