Не став оттягивать неизбежное, подошла к кровати и села, а потом прилегла на бок, спиной к ране Кайла. Его самого сразу же перекатили поближе ко мне. Я не сдержала дрожи, когда ощутила спиной влагу.
«Гая!» – попросила мысленно гаярду, умоляя, чтобы помогла.
– Никогда такого не видел! – выдохнул лорд Тагуан.
Крепко прижимая к себе простыню, я оглянулась через плечо, увидев, что мою спину покрывает черная дымка, а потом пошел отток силы. Раньше мне не удавалось вот так чувствовать гаярду в действии, все изменилось после храма Четырех Стихий.
– Их нужно плотнее сдвинуть, – произнес Тень.
Присел передо мной, надавив на плечо и талию, а с другой стороны кровати лорд Тагуан так же прижимал ко мне сына.
Казалось, лечение тянется невыносимо долго. Я отводила глаза от сосредоточенного лица Тени. Сила утекала, как вода через решето, и этому не было конца. Гае пришлось нелегко. Одно дело – не допустить яд до кожи, и совсем иное – извлечь, когда он уже попал в тело. Я начала беспокоиться за Гаю, когда почувствовала ее движение.
– Теперь можно звать целителя, – сказал лорд Хэйдес и, отпустив меня, встал.
Я же при одной только мысли, что меня могут застать в таком положении, тут же пришла в себя.
– Ты молодец! Держись.
Дальше вообще случилось невероятное. Он подхватил меня на руки и успел скрыться за ширмой до того, как в палату вошли целитель с лордом Тагуаном. Мы так и стояли за ней, пока с Кайла снимали стазис и лечили. Я еще успела услышать его стон, прежде чем сознание заволокло тьмой.
В себя пришла уже на узкой кровати, укрытая до подбородка простыней.
– Как вы не понимаете! Мне важно знать, как вам удалось убрать яд, не выводя больного из стазиса, – горячился целитель. – У меня еще несколько пациентов отравленных лежат в стазисе.