– Замужним леди полагается убирать волосы под чепец, – шепнула служанка и указала на прелестные кружевные вещички, аккуратно развешанные на специальной стойке.
Юля неуверенно ткнула в ближайший. Через пять минут ее волосы были аккуратно убраны в косы и спрятаны под тонкую кисею с кружевной оторочкой.
– Миледи очень хороша сегодня, – довольно улыбнулась горничная, приседая в книксене.
– Как тебя зовут? – спросила Юля, оценивая свой вид в зеркале.
Выглядела она неплохо, учитывая бессонную ночь. И румянец появился, и глаза блестят.
– Китти, миледи, – представилась та.
– Спасибо, Китти, можешь идти.
Юля отпустила девушку, хотя ее так и подмывало расспросить о нарядах. Нет, лучше поговорить об этом с супругом. Ни к чему выяснять что-то со слугами за его спиной.
Глубоко вздохнув, она вернулась в спальню. Там уже царил полный порядок: постель заправлена, обрывки одежды с ковра собраны, на столике исходит паром свежий чайник.
За окном, точно флаг, полощется простыня с кровавыми пятнами!
Глава 23
– Что это? – Юля побледнела от гнева и небрежно кивнула на кусок когда-то белоснежного льна.
– Традиция, – вздохнул Дерек и поежился под взглядом супруги. – Джули! Клянусь, это уберут, как только курьер вернется с ответом из дворца.
– Курьер? Из дворца? – она неизящно упала в кресло и приняла из рук супруга чашку чая с изрядной порцией ликера.
– Наша семья находится в родстве с королевской. В близком родстве. Поэтому существует древний обычай: вывешивать брачную простыню за окно спальни и посылать курьера во дворец с сообщением о свершении брака.
Юля сделала глоток чая и прикрыла глаза, чтобы не взорваться:
– То есть сегодня на улицах Лондиниума будут обсуждать нашу брачную ночь?
– Ее будут обсуждать в любом случае, Джули, – мягко напомнил ей герцог. – Слуги, меняющие постель, все видят.
Новоиспеченной герцогине хотелось застонать, грохнуть чашку об пол и потоптаться ногами по безупречному пушистому ковру, но… Дерек был прав. Поэтому она отбросила эмоции, выбрала на подносе аппетитную булочку с джемом и принялась есть с таким видом, словно ничего не случилось.