Жестокий 3. Искупление

– Думала, я тебя не найду? – слышу его шёпот над ухом и вскакиваю на постели, обливаясь холодным потом.

Рядом всё ещё посапывает Даня, а за окном близится рассвет.

– Сволочь, – падаю обратно на подушку. – Сколько ещё ты будешь меня мучить?

Имран не отвечает. Днём его не бывает рядом. Его время ночью. Тогда он может пользоваться тем, что я одна и являться мне во снах, напоминая о том, что я убийца.

И вдруг в моей голове появляется совершенно сумасшедшая мысль… А что, если я буду не одна? К примеру, рядом будет лежать Уэйн? Тогда Басаев не придёт, чтобы снова терзать меня?

Утро встречаю за чашкой ароматного кофе.

Сын уже накормлен смесью и ползает в манеже, а я нежусь в лучах солнышка и отчего-то улыбаюсь. Первое утро без нервов, несмотря на жуткий сон. И мне не страшно, не хочется забиться в угол и ждать там воздаяния за свои чудовищные поступки. Мне просто хочется дышать, гулять и… возможно, любить. Пусть для начала только себя.

Звонок от Марка не то чтобы неожидан, но заставляет напрячься.

У нас с ним ничего не получится, я уже знаю это. Но как сказать ему – понятия не имею. Мне не хочется причинять боль этому замечательному во всех смыслах человеку."

"– Привет, – выдыхаю взволнованно, а Марк, судя по всему, воспринимает это по-своему.

– Привет. Соскучилась?

– Эээ… Как дела? – игнорирую его вопрос, и мой идеальный Уилсон, как обычно, не настаивает. И почему меня не заводят такие мужчины? Чего мне не хватало?

Вспоминаю крупную, тяжёлую мошонку Уэйна, его ручищи, которыми мял моё тело, как пластилин, его губы и язык, по-звериному вылизывающий мою промежность, и вопрос отпадает сам собой.

Потому что Марк так не умеет. Брать, трахать, иметь. Защищать… А мне хочется этого. Быть слабой и нежной. Быть просто женщиной. Но любимой. А уже этого не может дать мне Уэйн. Потому что такие, как он, не любят. Такие только сношают, дерут во все дыры, а после оставляют после себя выжженную пустыню и развороченную грудную клетку. И тем не менее, меня это знание не останавливает.

– По тебе сильно соскучился. Хочу скорее вернуться. Но пока нет такой возможности.

– Ясно, – вздыхаю, чувствуя себя последней сволочью. У меня так и не хватило духу признаться ему. – Слушай, ты извини, мне нужно Дэни кормить.

– Стой! Скажи хотя бы, как ты? Кошмары больше не мучают?

– Всё хорошо, Марк. Правда. Мне… нормально. Лучше, чем было.

– Что ж, я рад. Не знаю, есть ли в этом и моя заслуга, но я очень рад за тебя. Я люблю тебя, Сандра.