Николай с Сережей тут же занялись мангалом, Ленка активно обживалась на кухне, Анин Олег сразу врос в компьютер в кабинете на втором этаже, Анна с Женькой отправились гулять на солнышке, Наташка зарылась в книжные шкафы, а Оксанка, краснея и сияя глазами, попросила у Тамары разрешения покопаться в саду.
— Я ничего не испорчу, — горячо говорила она, от восторга подпрыгивая на месте и размахивая руками. — Я знаю, что надо делать! Когда бабушка была жива, мы в деревне каждое лето жили! У нее тоже в деревне садик был, только маленький, но там все было, и яблони, и малина, и цветы… Здесь такой розарий — с ума сойти! Только несколько кустов подсохли, примерзли, наверное, зимой плохо укрыты были… Вы их чем укрывали? Или вы срезаете их на зиму? И малинник уже старый, разросся, как не знаю что, плети мертвые под ногами путаются.
— Конечно, душа моя, — задумчиво сказала Тамара. — Делай что хочешь. Я-то ничего такого не умею.
Оксанка недоверчиво засмеялась и живо ускакала укрывать, срезать и чистить — или что она там умела, — и оторвать ее от этого занятия за два дня с трудом удавалось только для того, чтобы заставить поесть, и поздно вечером — загнать в постель.
К концу воскресенья Тамара уже знала, что делать. Она сама не придумывала ничего, все как-то само собой получилось. Эти два дня на всех произвели впечатление. Николай и Наташка решили остаться здесь на все лето — если мама не против, конечно. А чего им в городе делать? У Наташки каникулы, у Николая — отпуск через неделю, да он и без содержания может взять, какая разница… Анна сказала, что с удовольствием будет привозить Женьку на выходные.
— А ты не хочешь здесь пожить? — потихоньку спросила Тамара у Оксанки. — Хотя бы пару месяцев, а? С Наткой вдвоем вам тут не скучно будет, да и по выходным мы все приезжать будем. Садом бы занялась…
— Так мне ж на работу, — тоскливо сказала Оксанка и чуть не заплакала. — Я не могу работу бросить… Мне…
— Ну и поработай у меня! — бодро перебила Тамара.