Авторитеты говорить будут…"
"После разговора с вором в законе уже никто не контролировал свободу передвижения залётного фраера. Кимуля предложил Хирургу подняться наверх, где продолжалась дискотека, но Виктору Вольфу не захотелось бегать туда-сюда. Шеф скоро вызовет.
Тимур решил сходить в туалет на первом этаже, бригадиры остались в фойе. Через полчаса дверь кабинета открылась, и Лапа позвал всех обратно. Кантемиров сел на своё место и посмотрел на самого главного бандита Бокситогорска.
Леонид Лапин вежливо поинтересовался:
— Студент, водку будешь?
— Не откажусь, — Тимур посмотрел на обоих бригадиров.
Бригадира Кимулю весь вечер доставал один спортивный вопрос.
— Слышь, Студент, кто тебе такой красивый фингал нарисовал?
— Хулиганы, — Тимур ответил голосом Шварцнегера из фильма «Красная жара», сам же не выдержал, рассмеялся и объяснил коллеге-бандиту: — Вчера утром на ринге удар пропустил.
— Так ты боксёр? — Вова Ким переглянулся с Лёней Лапиным.
— КМС в весовой категории до 48 кг, — важно сообщил Тимур и посмотрел на часы. Сеанс связи с капитаном Рифкиным прошёл час назад…
Раздался стук в дверь, и вошёл тот же парень в спортивном костюме. На этот раз на разносе гордо возвышалась бутылка водки «Распутин», несколько бутылок минералки калибром поменьше, множество различных бутербродов и тарелка солёных огурцов.
Когда немецкая водка водрузилась на стол, мистический старец привычно подмигнул гостю кабинета — всё в ёлочку, братан!
Глава 4
В это время совсем в другом кабинете упомянутого Тимуром учреждения ИЗ-45/1 авторитетный преступник, вор в законе и глава одного из кланов наркомафии со странным погонялом Гамлѐт положил телефонную трубку и посмотрел на Севу, сидящего за столом служебного кабинета, под жизнеутверждающим плакатом на стене: «На свободу с чистой совестью».
Гамлет Самвелович только что закончил разговор с менее авторитетным бандитом с псевдонимом Лапа, главой одной из областных преступных группировок, и делился услышанным.
— В чужом городе нашему Студенту не понравились поминки на дискотеке, устроенные местным бродягой с погонялом Тюрик.
— Не слышал о таком. Да и кому поминки на танцульках понравятся? — задал риторический вопрос Савелий Симонов.
— Не говори, Сева, — вздохнул авторитет. — Совсем рамсы попутали. Ничего святого.
— Так что там со Студентом?
— Лапа говорит, что наш Тимурка до упора пытался замять базар миром.