А вот меня сразу убьют, если узнают про твое воскрешение…
— Не понял? — Иван опёрся об сук и попытался встать.
— Давай помогу. Только не дёргайся, а то челюсть сломаю. Или печень отобью…
Кантемиров подставил плечо и помог мужчине сесть на бревно.
Шильд устроился удобней и допил воду.
— Спасибо. Тебя как зовут, бандит?
— Тимур.
— Чем ты меня ударил? Вроде в руках ничего не было?
— Кулаком и дал пару раз.
— Ни хрена себе… Как молотком заехал. — Шильд аккуратно потрогал челюсть. — Больно…
— Бокс. КМС.
— А я до армии самбо занимался.
— Чем самбу танцевать, надо было записываться в секцию бокса.
— Согласен… О чём поговорить хотел?
— Начнём с ГСВГ, продолжим про Медвежий Стан и закончим вечным вопросом — что нам с тобой делать?
— Может, первые две части пропустим на потом и сразу перейдём к основному вопросу? — вставая с бревна, предложил Иван.
— Оклемался? — Тимур поднял голову и вдруг увидел за спиной Шильда выглядывающую из густого ельника морду огромной серой собаки.
Раньше Кантемиров видел волков только по телевизору и только однажды вживую в Лейпцигском зоопарке. Мужчина медленно протянул правую руку к корзинке и вытащил финский нож. Костяная ручка привычно легка в ладонь.
Единственное, что помнил Тимур из просмотренной как-то телевизионной передачи «В мире животных», что при встречи с волками или медведями ни в коем случае нельзя смотреть зверю в глаза.
Кантемирову даже показалось, что волк раздумывает — съесть его на завтрак или оставить на обед?
Иван с удивлением проследил за движением руки бывшего соперника и сделал шаг назад. Вроде только что разговаривали мирно?
Тимур произнёс вполголоса:
— Иван, стой на месте. За твоей спиной волк.
— Какой волк? И тем более, летом? — Мужчина остановился и посмотрел на свой инструмент, воткнутый в бревно.
Волк начал приседать, готовясь к прыжку. Сидящий на бревне человек резким ударом левой ладони выбил топор из дерева и протянул ручкой вперёд другому человеку.
Иван схватил оружие и начал разворачиваться. Тимур вскочил с бревна и выставил нож перед собой. Зверь выпрямился, махнул хвостом и исчез в ельнике. Ни одна ветка не хрустнула под лапами большего зверя.