"
"— Народ Пустыни почитает тех, кто носит отметины врагов. Особенно когда он жив, а кровь врага поглотила Великая Пустыня, — сказал он и вытянул руку в сторону огромного, словно город, лагеря Народа Пустыни. — Нас ждут.
Отказаться от столь высокого приглашения я не мог, пришлось идти вместе с Шелестом к кингу Народа Пустыни. Чем ближе мы подходили к огромному шатру, на фоне которого мерк даже временный дом Аноры, тем больше пустынников нам встречалось.
Дошло до того, что нам пришлось буквально пробираться сквозь толпу.
Вокруг шатра стояли Восходящие-стражи и не пропускали никого внутрь. Меня и Шелеста вежливо пропустили, попутно ударив тупыми концами копий о песок. Я откинул полог и первым вошёл внутрь.
В огромном шатре царил полумрак. Лишь несколько факелов по бокам слегка разгоняли тьму, но их явно не хватало для столь большого помещения.
Чуть в стороне я увидел большой низкий стол, за которым можно находиться только сидя на коврах. Огромное количество подушек было разбросано вокруг него.
Но главное, в центре шатра находился помост с двенадцатью деревянными стульями с высокими спинками. Они не выглядели вычурными, как и всё, что касалось вещей Народа Пустыни. Слегка обработанное дерево без намёка на украшения.
Лишь на одном стуле-троне я увидел Восходящего. Остальные места пустовали, чего нельзя сказать о том, кто находился по бокам помоста. С одной стороны стояли Маркус и Анора. С другой три золотых астрийца в тёмно-серых доспехах. Те самые, которые прибыли в кульминационный момент битвы.
Я долго раздумывал, почему они решили появиться именно в этот момент, и пришёл к выводу, что они наблюдали и ждали самого удачного времени для появления. Когда казалось, что битва проиграна, а колосс вот-вот нанесёт фатальный удар.
В таком случае они получили бы благодарность всех Народов без исключения и стали бы героями. Они и так ими стали, но не до конца. Я слегка подпортил им хорошо поставленный спектакль.
Возможно, я ошибался. Никаких доказательств у меня не было.