— Бритая? В губе бритва? Или кольцо?
— В пупе кольцо, — вспомнил Сигизмунд.
— Нет, — отрезали в справке. — Однозначно нет.
И положили трубку.
— Что? — прокричала Вика из комнаты плачущим голосом.
— Да нет там ни хрена! — крикнул Сигизмунд. — Им–то что, зарплату получают!
— А что есть?
— С бритвой в губе!
Кричим, как в лесу, мутно подумал Сигизмунд, но с табуретки не встал.
— Вика! — позвал он.
— Что?
— Я водку нашел!
Вика, пошатываясь, показалась на пороге. Сигизмунд сунул ей початую бутылку.
— Пейте!
Вика отшатнулась.
— Пейте, пейте!
— Что, из горлышка?
— Да, да! Винтом! Быстро, не спрашивайте!
Вика послушно влила в себя несколько глотков, поперхнулась, закашлялась. Немного пролила. Сигизмунд отобрал у нее бутылку.
— Отдайте, пить не умеете…
* * *
Через полчаса они сидели на кухне, среди объедков и битой посуды. Выпили, вроде, немного — в бутылке еще оставалось — но окосели здорово.
По стенам деловито шастали тараканы. Вика молчала. Сигизмунд в отупении следил за перемещениями наиболее кормленого таракана.
Трудно сказать, сколько времени провели они в полном оцепенении. Час, полтора? Сидели неподвижно, осоловев. А потом вдруг разом очнулись.
— Ну, и на кой черт посуду было бить? — кисло сказала Вика. А потом добавила, дернув углом рта: — Ладно, пойдемте спать.
* * *
Они оба мгновенно провалились в сон, как в небытие. И это было благом.
Но через несколько часов Сигизмунд вдруг проснулся. Было еще темно. Когда только кончится эта ночь? Мысль ударила сразу: Аська!..
И тут же шибанул запах табачного дыма. Свежего. В комнате кто–то курил.
Сигизмунд завозился за шкафом, высунул голову. В призрачном свете городских фонарей, сочащемся в окно, сидело привидение, окутанное дымом.
Оно погасило сигарету и сказало аськиным голосом:
— А это еще что за гондон штопаный?
— Это я, — тупо отозвался Сигизмунд.
— Морж, ты, что ли? Хрена ли лысого ты тут делаешь?
Сигизмунд нырнул обратно за шкаф, схватил Вику за плечо.
— Вика! Проснитесь! Проснитесь, говорят вам!
Вика что–то тоненько простонала.
— Да оставь ты ее к херам! — буркнула Аська. — Не ссы, Морж, пехтерьтесь там на здоровье…
Сигизмунд выкарабкался из кровати. Аська критически уставилась на его ноги.