— А что тут рисковать? — возмутилась Аська. — Пусть Дидис споет.
— Так язык–то у него какой? Фракийский, вы говорили? Вдруг кто–нибудь узнает? Образованных людей много, куда больше, чем мы думаем…
— Так кто его узнает, этот фракийский, если языка такого вообще нет! Умер бесследно!
— Все равно, лучше не рисковать, — твердо стоял на своем Федор. — В таком деле на авось полагаться не следует. И недооценивать противника — тоже. Если Виктория узнала фракийский, которого никто якобы не знает, — где гарантия, что не существует второй такой Виктории? У меня был товарищ один, вместе работали в охране два месяца, — бывший сапер, так он говорил…
— Решено, — перебил Сигизмунд.
Федор посмотрел на Сигизмунда с одобрением, а Аська — со злобой.
— Ретроград ты, Морж. Запиши еще в устав насчет фенек. Что фирма, мол, имеет право лепить и продавать феньки. Изделия народных промыслов.
— «Производство товаров народного потребления», — перевел Сигизмунд.
— Я тут думала насчет потребителя, — заговорила Вика задумчиво. — Как привлечь не только мальчиков, желающих подкачаться, и холеных баб, ищущих острых ощущений. Но и эзотерную публику, пребывающую в вечном поиске тайного знания. А их немало, и, что самое главное, они готовы платить. Легко и много. Лишь бы их научили чему–нибудь новому и тайному.
— Стационарные идолы «под ключ». Освящение на дому у заказчика. Жертвоприношения, вопрошания, умилостивление, вызывание дождя.
Федора покоробило. Вика ничуть не смутилась.
— Не в таких, конечно, выражениях, но именно в этом смысле. «Утерянное знание древних о слиянии с природой…» Что–нибудь в таком роде. Под эту лавочку и феньки лучше будет втюхивать. Как обереги с чудовищной охранной силой. Кстати, можно обучать наиболее продвинутых эзотеров чтению заклинаний на вандальском.
— Я в этом не участвую, — заявил Федор.
— Федор, здесь никто не собирается задевать твои религиозные чувства, — проговорил Сигизмунд.
— Не полевые, а практические. Да хотя бы у вас во дворе. Я уже присматривался. Подходящие баки. И укрытия есть, где костерок разложить, — ответил Федор.
— Кстати, — вмешалась Вика, — я знаю, как привлечь и самих «новых русских».