— Скорее всего, они тащат пленных в свой штаб или в центральный лагерь».
Огневые позиции следовало подобрать таким образом, чтобы в секторах обстрела не оказались пленники. Поэтому Власов тоже ползал по траве и выглядывал то из-за одного куста, то из-за другого. Наконец-то приемлемые места были найдены.
Потом капитан вызвал по рации снайпера, пропавшего из виду, и осведомился:
— Четвертый, как дела? Ты где пропал?
— Первый, я уже на месте. Обзор хороший. Весь бивак как на ладони.
— Понял тебя. Затаись и жди команды.
— Когда начнем? У меня уже руки чешутся.
— Скоро.
Спустя пятнадцать минут все трое заняли огневые позиции. Тубарь и Конопко доложили Власову о готовности.
Тот в последний раз глянул на полянку с расслабленными вояками, поправил автомат, готовый к стрельбе. Он чуть склонив голову вправо, поймал в прицел первого противника, спокойно, не спеша погладил указательным пальцем спусковой крючок.
Сигналом к началу атаки всегда служила короткая очередь, которую давал Власов.
«Неужели это пикап? Лисин?! — обожгла его мозг преждевременная догадка. — Он что, совсем охренел?!»
Но уже через пару секунд капитан понял, что звук долетает с противоположной от Рамира стороны. Значит, по грунтовке ехал не пикап с компанией Лисина, а какая-то другая машина.
— Я Первый, — быстро сказал капитан в микрофон небольшой радиостанции.
Нападение на конвой опять не состоялось. Второй раз за какие-то полтора часа.
Источником тарахтящего звука оказался старый обшарпанный автобус, колыхавшийся на ухабах проселочной дороги и ползущий с севера на юг. Поначалу Власов решил, что это дивное транспортное средство профырчит мимо, но ошибся. Встречать колымагу вышла добрая половина конвоиров.
Автобус качнулся в последний раз и остановился. Из него стали выпрыгивать точно такие же боевики, вооруженные автоматами.
«Один, второй, третий, четвертый… — считал Власов. — Еще десять человек».
Мятежники обнимались и громко приветствовали друг друга. Тут до командира группы дошло, что боевики привели пленников к дороге, где просто дождались автобуса. Сейчас конвоиры сдадут вертолетчиков под охрану другим людям, и те увезут их в неизвестном направлении. А конвою останется вернуться в лагерь для участия в утренней атаке.