С удовольствием хрустя ими, как печеньем, отметил:
— Сегодня вкус у камешков какой-то непривычный: кислинка чувствуется с легкой горечью.
Поднеся блюдечко к носу, тролль принюхался вторично и задумчиво щелкнул языком:
— И пахнет немного иначе.
— Да ты гурман, мой друг! — усмехнулся Лис, бросив взгляд на «любимые печеньки Хага», как некогда поименовала камни Яна в беседе с бабушкой. — Камни как камни, хотя нет, они сверху сегодня чем-то мелким присыпаны. Пудрой, что ли? Не сахарной, а, может, соленой?.
Дракончик продолжал трепаться, а друг уже не слушал его. Отлетел к раздаче поднос, со стуком раскатились «печеньки», серая кожа потемнела, цветом стала похожа на мокрый асфальт, губы по-звериному приподнялись, обнажая в оскале клыки. Но рыка не было, Хаг кинулся на Лиса бесшумно.
Взметнулись разом все восемь щупалец повара-силаторха, пытаясь зафиксировать силача-студента. Мастер Вархимарх взлетел над многоэтажным кольцом из судков, кастрюль и тарелок. Зазвенела, забряцала падающая посуда, ее содержимое вылилось и высыпалось, съестные запахи в воздухе смешались в невообразимый коктейль.
— Ох ты ж! — выпалил Машьелис, отпрыгивая от разбушевавшегося напарника. — Как его от печенек-то расколбасило! Эй, Хаг, очнись! Ау! Есть кто дома?
Внятного ответа не последовало. В бешено пульсирующих зрачках тролля плясали безумие и ярость. Больше не было флегматичного и ироничного друга, прикидывающегося недалеким простаком. Словно разум покинул Хагорсона, оставив лишь жажду крови и смерти.
Стеф ломал один лист Игиды за другим, пытаясь наслать на напарника сон, оцепенение или купол изоляции. Лис и Яна пробовали повторять действия напарника. Не помогало ничего! Листики рассыпались облачками цветной пыли и бессильно развеивались. Эльфийская магия тоже оказалась бессильной. Удалось лишь, используя знак ЛОЦ, поставить большой непрозрачный купол, отгораживающий всю компанию от столовой.
— Вызывайте мастеров, я его долго не удержу! — рявкнул повар-силаторх.
Он пытался обезвредить студента, съездив по маковке тяжеленным чугунком с тушеным мясом, но Хаг даже не поморщился. Голова оказалась крепче посуды. Аккуратно отставив тару в сторону, Вархимарх снова спеленал буяна всеми восьмью конечностями.
Янка сунула руку в сумку и на ощупь сломала пластинку с СУАЗ.