Хотя предупреждал ее: «Ничего хорошего из этой затеи не выйдет. Сестричка твоя своего сыночка в очередной раз выручит, а тот окончательно обнаглеет и в новую историю, еще хуже, вляпается. В бабушку принц пошел, вылитая Фатима, думает исключительно о себе.
Хамид встал, подошел к двери и повернул наружу табличку со словом «Закрыто». Я села на стул у прилавка.
– Кто такой принц?
– Племянник Марианны, – пояснил ювелир. – Только мальчишка на свет появился, как мать с теткой затвердили: «Принц настоящий! Хорош собой, умен, великолепен!» Что получится из ребенка, которому с пеленок внушают: ты наш бог, ты безо всяких изъянов, как ни поступишь, все правильно? Не зря парня Маликом назвали.
Я подпрыгнула.
– Малик?
Хамид не заметил моей эмоциональной реакции.
– Имя есть такое мусульманское, в переводе означает царь, владыка, властелин. Иногда в семье рождаются подряд девочки, три или четыре, и вдруг долгожданный сын. Вот его скорей всего Маликом назовут. Но и у русских это имя есть, правда сейчас уже не употребляется.
– Малик ваш родственник… – не веря своей удаче, сказала я.
– Свояченица влюбилась в русского, – начал излагать семейную историю Хамид. – Марианна знала, что у сестры роман, и разболтала матери. Фатима разъярилась и выгнала младшую дочь вон. Мы тогда еще с женой не познакомились, но мне рассказывали, как моя будущая теща по улице бежала и орала: «Опозорила весь род! Связалась с неверным! Забросать тебя камнями! Отдать собакам!» Ее только мулла смог остановить.
Хамид стиснул кулаки, сел напротив меня и заговорил без остановки.