Бесноватый Цесаревич 2

После обеда мы с супругой решили пройтись по парку, так как делать сейчас особо нечего. Вернее, мне-то есть заняться, но решил немного побездельничать, уж слишком насыщенные были последние дни. Актив фонда вместе с Александром умотал в очередной монастырь, мне это даром не нужно, а Юля решила поддержать свою вторую половинку. Да и не общались мы с ней давно, я в Новгороде она в столице и занята делами фонда. Время, когда я только оказался в теле Константина, мы заново знакомились, и Юля проводила со мной целые дни, вспоминается с лёгкой грустью.

Мы не стали чужими, просто в той же Москве не было возможности нормально поговорить, а ночью нам было чем заняться."

"Несмотря на обилие высокородных гостей, балов и прочих многолюдных приёмов в Новгороде не проводится — просто негде. Вечером намечается большой турнир по петанку, не каждый день у местных дворян бывает возможность поиграть и пообщаться со столичной публикой. Зато гости массово посещают монастыри и площадку для гуляний, которая стала местом сбора благородной публики.

Даже в столице нет такого места, где можно провести чуть ли не целый день, катаясь на каруселях и качелях. Естественно, для простолюдинов выделена близлежащая территория и там тоже наблюдается постоянный аншлаг. Я сам иногда хожу на площадку, просто посидеть на лавочке, послушать детский смех и понаблюдать за радостными людьми. Это ещё один плюсик к рейтингу Митусова, который и так сильно вырос в последнее время. Император посетил обе площадки для гуляний и остался очень довольным. Как бы Петра Петровича не забрали в столицу в ближайшее время.

Солнечный день, красивые виды и чистый воздух, сам Бог велел провести какое-то время на природе, тем более в Юлином положении. Живот у неё был уже большой, в Москве беременность была мало заметна. Я сначала был большим противником того, чтобы она присоединилась к долгому турне Павла по городам России. Предложил сразу ехать в столицу под надзор врачей. Не знаю, какой там Домострой в других семьях, но моё пожелание полностью проигнорировали, ещё и обиделись, а потом подключили тяжёлую артиллерию в лице Лизы с остальными дамами фонда.

В общем, я почувствовал себя не только придурком, но ещё и тираном, поэтому зарёкся больше лезть в женские дела. Нравится ей на седьмом месяце трястись в карете, пусть мучается. Успокаивало, что осталось всего двести вёрст и поедет она в новом возке с рессорами, который персонально для меня изготовил Силантьев.