То девочка с хвостиком и в рваных джинсах, с Микки-Маусом на футболке; то сексуальная кошка в коротком, обтягивающем платье, на шпильках, с красивыми ножками в черном капроне; то задумчивая, в парке, смотрит куда-то вдаль, закурив тонкую сигарету. Кто тебя фотографирует, моя прелесть?! У нее нет ни одной фотографии с посторонними мужчинами, и от этого мне почему-то становится немного легче. Ее ноги, руки, пухлые губы… Горящие задорные или задумчивые грустные глаза сводят с ума и бешено влекут.
Дохожу до новых фото и вижу несколько снимков, на которых она с огромным букетом разноцветных гербер и подписью «спасибо за мои любимые цветы».
А я живу по четкому плану, а по вечерам бухаю и рассматриваю ее фото.
На ее странице загорается зеленый огонек. И моя рука зависает над значком сообщения. А что я, собственно, напишу? Банальное «привет», «как дела?» или «я уже полгода как женат по расчету, трахаю другую женщину и в моменты оргазма думаю о тебе» — это даже звучит маньячно и абсурдно, но так и есть.
Наливаю еще немного коньяка, но уже не пью, просто кручу бокал, играя с янтарной жидкостью. Открываю окно сообщения и долго смотрю на чистое полотно. Моя страница — чистый лист. Только одно фото, где я на байке в кожаной куртке, никаких данных, только имя, Канада и возраст.
— Тимур, — Амелия специально проговаривает мое имя четко, почти по слогам. — Пошли спать.
— Ложись без меня, я работаю, — отзываюсь, не вставая с места, продолжая смотреть на диалоговое окно. Амелия уходит, и, судя по шуму, она недовольна моим ответом. Переживет.