Не сбегай от меня, Элина, да мне еще один шанс и ты не пожалеешь. Клянусь тебе. Ты получишь все, что хочешь. Я буду любить тебя и нашего ребенка больше всего на свете.
— Ты так просто говоришь о любви. Но чувствуешь ли ты что-то ко мне, Дамир?
— А что это если не любовь, а? Когда узнал, что ты не вернулась домой, испугался безумно. Думал, с тобой что-то случилось. А когда понял, что ты сбежала, разозлился так, что решил отшлепать тебя хорошенько, как домой заберу, чтобы мыслей таких в твоей голове больше не возникало.
— Это больше похоже на мужа-тирана, — мои губы растягиваются в едва заметной улыбке. Тепло по всему телу расходится от слов Дамира. Он действительно хочет меня в своей жизни? Это была сейчас нелепая попытка признания мне в своих чувствах?
— Ты подумай о моих словах, хорошо? Отдохни хорошенько, я оставлю тебя, если тебе нужно побыть одной и обдумать все.
Он поднимается и направляется к двери. Он делает шаг, у меня сердце стучит. Еще шаг — и в груди снова тук-тук-тук.
— Не уходи, — срывается с губ и Дамир резко останавливается.
И я не вру. От новости о том, что у меня внутри малыш, что я могла его потерять или вред причинить своими действиями, все сковывает ужасном.
Дамиру повторять не нужно, он сразу же у моей кровати оказывается.
— Подвинешься немного? Рядом с тобой прилягу.
К счастью, больничная кровать достаточно широкая, чтобы мы с трудом, но поместились на ней вдвоем.
— Я согласна, Дамир.
Закрываю глаза и загадываю желание: пусть все у нас получится. Хочу чтобы он меня любил. Хочу очень сильно быть счастливой рядом с ним. Если меня кто-то слышит, пожалуйста, сделайте чтобы так было.