– Ой, брось, задаток в один серебряный оставишь, а остальное в долг возьмёшь, под будущую выручку. Олаф не откажет. Он Фриду уважал.
Мысль, что придётся идти к незнакомому человеку и просить об одолжении, заставляет внутренне съёжиться, но выбора нет.
– Спасибо, – благодарно улыбаюсь я. – А как дойти до мельницы?
– Это просто, – Райта начинает объяснять. – Выйдешь на главную улицу, повернёшь налево, дойдёшь до развилки и там по правой дороге. Она мимо кладбища ведёт, а там ещё минут десять – и мельница.
При слове “кладбище"" меня словно молнией пронзает.
Райта замечает перемену в моём лице и ласково касается плеча:
– Не переживай, я понимаю, что ты хочешь навестить могилу Фриды. Но одна ты её не найдёшь. Кладбище у нас большое, а Фриду похоронили в старой части, она давно себе местечко рядом с родителями да со старшей сестрой присмотрела. Это в самом центре.
У меня с души сваливается очередной камень. И дело не только в том, что нужно поддержать легенду о родстве с Фридой. Хочется проявить уважение к человеку и… наверное, я должна именно там рассказать о том, что произошло с настоящей внучкой Фриды.
Быстро собираюсь, перед тем как выйти бросаю взгляд на Дэйра, увлечённо играющего с Муриком. Кот терпит, но вид у него при этом мученический.
– Я покормила Дэйра и переодела недавно, – говорю я и, вспомнив, добавляю.
– Не знала, что у Анхеля появился помощник, – говорит Райта. – Если хороший работник, то в нашем квартале дела для плотника всегда найдутся. Поняла я всё. Иди уже, хоть голову проветришь. Вон бледная вся из-за забот.
Но выйти я не успеваю.
Стук в дверь и на пороге появляется очередной посетитель. Он заходит без лишней наглости, но уверенно, с чувством значимости, если так можно сказать.
"Высокий мужчина с ровной осанкой и проницательными серыми глазами. Он осматривает помещение, а потом останавливается своим взглядом на нас с Райтой. Когда он снимает шляпу, открывается линия седеющих висков, придающая ему ещё больше солидности.
– Госпожа Летиция Синт? – его голос глубокий и размеренный, привыкший к тому, что его слушают. – Простите за вторжение. Проходил мимо и не смог устоять перед запахом свежего хлеба.