– Превосходно пахнет, – замечает он, прежде чем откусить кусочек.
Жует медленно, слегка нахмурившись, и, неожиданно для меня тянется за второй порцией. Я с ехидной улыбкой отмечаю его обескураженность, хочу сделать замечание, но раздается стук в дверь, а потом в лавку входит Райта.
– Ох, ты своими ароматами, взбаламутила весь переулок, – улыбается она. – Какая красота!
Восторг в глазах Райты прибавляет мне хорошего настроения, и я протягиваю ей тоже на пробу кусок хлеба. Она одобрительно кивает.
– Райта, не знаешь, где могут храниться копии документов Фриды? Я вообще ничего у нее не нашла.
Соседка поджимает губы и трет лоб.
– Не может, – качает головой. – Дубликаты должны быть в городском архиве в ратуше.
Прекрасно, конечно, но почему у меня нет уверенности, что мэр не подсуетился и не изъял доказательства уплаченных налогов. Однако попытать счастье же можно?
– Пока опара стоит, прямо сейчас сбегай. Чем быстрее, тем лучше, – советует она. – А мы с Дэйром пойдем погуляем, а потом у меня немного поиграем.
– Я закончил манеж, – внезапно вклинивается Рейкен. – Можно малого и со мной оставить.
– Ну уж нет, – я передаю Дэйрона соседке. – Райту хотя бы Дэйр знает. А вы… обещали мне в подполе стеллажи переделать.
Почему-то это не нравится плотнику, но он не спорит. Подхватывает инструмент, сдвигает лавку и скрывается за дверью. Соседка забирает сына, а я, проверив опару и прикрыв хлеб салфеткой, накидываю плащ и выхожу на улицу.
По дороге несколько раз слышу вопрос, продается ли хлеб, и отвечаю, что когда вернусь, можно будет ко мне заглянуть.
По каменной лестнице в ратушу поднимается… Ксаррен.
Глава 31
В самый последний момент успеваю спрятаться за колонной портика. От страха, что я едва не попалась, горло сжимается. Дышу тяжело, как будто я всю дорогу бежала.
Что теперь? Самое разумное – вернуться домой и попробовать прийти в другое время.
"Но что-то подсказывает мне, что если нужные документы и существуют, то чем дольше я тяну, тем меньше шансов будет их обнаружить. Слишком уж мэр настойчив. И почему-то мне кажется, что едва ли он так рьяно пытался бы завладеть моей пекарней только ради своей зазнобы. Улица не центральная. У девицы с рынка место более людное, чем у меня. Зачем ему пекарня?
На ум не приходит ничего, кроме таинственной двери.