Хватит! Просто замолчи!
- Лер…
Рома перехватывает меня за руку и тянет на себя. Я как кукла подчиняюсь, лишь затем, чтобы сделать все, как надо.
Я должна сделать как надо, чтобы потом он не смог сказать, что я сошла с ума. Чтобы он не смог оправдаться! Сука! А я не смогла ему поверить…
Да, я садист по части селфхарма, но уходя - уходи. Чтобы не было возможности вернуться, всегда сжигай мосты до талого.
Рома крепко обнимает меня. Мне чудится, что он дрожит, а еще чудится запах чужих духов, но нет, конечно же.
Снова закрываю глаза. Тошнит. Горло опять давит. В сердце раскаленные кинжалы его непрошеной, ненужной, предательской нежности…
- Лер, я не хочу, чтобы ты уезжала.
- Брось. Это всего пара дней. Ром, я устала и хочу спать. Отпусти.
Отстраняюсь спокойно. Насколько могу. Но Рома меня не отпускает, он продолжает держать и долго всматривается в глаза, а я благодарю свою паранойю.
- Все в порядке, маленькая? - тихо спрашивает, я киваю.
- Конечно, не должно?
- Да нет, просто…ты как будто бы на меня злишься.
- А у меня есть повод?
Он открывает рот, но ничего не говорит. Зато я вижу, как вскакивает его кадык и учащается дыхание - страшно. Ты боишься, что мне уже донесли. Ты напуган. Прекрасно…
Выталкиваю из себя смешок и встряхиваю головой.
- Боже, Ром, успокойся. У меня на самом деле болит голова, и всего-то.
- Может, нам пора поговорить о…том, о чем мы договорились поговорить, когда тебе исполнится тридцать?
Мразь…
Честно? Я такого не ожидала, поэтому мне сложно сдержаться. Взгляд сам уходит в сторону на острый нож, который в какой-то момент мне хочется схватить и воткнуть ему прямо в лицо.
Как же я тебя ненавижу…
- Ром, давай не сейчас.
- Почему? Мы хотели детей и…родная, я…я уже…довольно давно мечтаю о малышке. Вроде тебя.
Каким надо быть уродом, чтобы сказать такое, ЗНАЯ, что ты творишь у меня за спиной - я не понимаю.
Выдавливаю еще одну улыбку и смешок.
- Звучит романтично. Давай обсудим это после моей командировки, хорошо?
- Ладно.
- Теперь отпустишь? Я хочу принять душ и лечь спать. Мне рано вставать завтра.
- Конечно. Поцелую?
Это пытка пострашнее дыбов. Хотя, казалось бы, да? Но мне приходится кивнуть, а потом ответить на поцелуй, чей вкус изменился и уже не станет прежним.