Он немногословен, но я чувствую его. Сейчас внутри него бурлит моя боль. Она разрывает его на части, губит клетку за клеткой. Как меня когда-то. — Твою ж мать…
Бойцов медленно вытирает слезы с моих щек. Ведет челюстью, но молчит, снося все молча.
А я выдыхаю. Сейчас будет самое сложное. То, что много лет мучило меня в кошмарах. Мой крест. Моя расплата за любовь.
Забираюсь в свою самую дальнюю раковину и отрешенно продолжаю:
— Врач сказал, что у меня сложный перелом позвоночника. Поэтому я не чувствую ног.
Тут будет реклама 1
У меня большая гематома, и понадобится несколько операций. Но есть нюансы, — усмехаюсь, вспоминая жалостливое выражение доктора. — Первую операцию могут сделать в этой больнице, а последующие — только в столице. Разумеется, не бесплатно. Но это все отходит на второй план. Мне нужно было подписать согласие на прерывание беременности. К сожалению, в моем случае речи о сохранении ребенка совершенно не шло. В противном случае, я навсегда оказалась бы прикованной к постели.
Осторожно, боясь непонятно чего, запрокидываю голову.
Тут будет реклама 2
В глазах напротив столько обжигающей боли, тоски, потрясения и темной бездны, что я снова тону в агонии последних шести лет. Из Паши, как кровь из порванной артерии, толчками рвется боль. И ее невозможно не почувствовать. Бойцов едва держится.
— Аборт? — наконец приходит в себя. Запускает пальцы в волосы. Тянет их. Впивается в меня безумными глазами. — Беременность?..
Улыбаюсь сквозь слезы.
— Помнишь, я говорила про сюрприз? Я хотела тебе сообщить о том, что у нас будет малыш.
Тут будет реклама 3
Вернее, малышка. Это была девочка, Паш. Четырнадцать недель. Мы так сходили с ума друг по другу, что я упустила момент, когда случился сбой в цикле. А ведь у нас было только один раз без защиты… А когда я пришла к доктору, то было целых двенадцать недель. Мне сразу сделали первый скрининг, и сказали пол. Я была так счастлива. Хотела поделиться с тобой, но не хотела по телефону. Хотела видеть твои глаза…Знать, что ты так же счастлив, как и я…
— Тина, девочка… Млять…
— Я ненавижу себя.
Тут будет реклама 4
Каждый день этих шести лет. Я убила ее…Убила своими руками…
— Не говори так…У тебя не было другого выхода…Но, малыш…Почему ты не позвонила мне? Ничего не рассказала?
Глава 30
Тина
Качаю головой. Запрокидываю лицо к потолку, позволяя слезам стекать за шиворот.
— Молодая была, глупая. Обиделась сильно на тебя за твое «вранье». Растерялась. Да и телефона при мне не было. Я была в шоке, в истерике.
